Мякиш рассказ для детей: Мякиш — moitumago

Мякиш — moitumago

Дело было так. Советский Мальчик сидел дома на кухне и ел советский хлеб. Все, кто made in USSR, помнят, каким бывал хлеб: черный кирпич, твердый снаружи и липкий внутри. Наш герой вкусную хрустящую корочку съел, а из глиноподобного содержимого слепил человека и назвал его Мякиш.

Конечно, человек из такого материала получился не ахти. Мальчик поиграл с ним, а потом выбросил в окно. Совершив этот акт вудуизма, он сразу забыл про Мякиша. И зря.

Человек — это звучит гордо. Об этом нельзя забывать.

Мякиш вылетел из окна, перекувырнулся в воздухе и совершил мягкое приземление на клумбу. Он остался почти цел. Только хлебная нога немного потрескалась. Но что такое нога по сравнению с оскорбленным достоинством?
Мякиш потер поврежденную конечность, подумал немного и заковылял прочь. Он знал, куда нужно идти в подобных случаях. Думаете, он пошел в травмапункт? Нет, он пошел в хлебный магазин. Вряд ли догадаетесь, зачем.
Спустя некоторое время мама послала Советского Мальчика за хлебом. Мальчик, ничтоже сумняшеся, взял продуктовую сетку и побежал.

Он не догадывался, что прежде него в магазин доковыляет Мякиш. И расскажет продавцам с кассирами, как жестоко поступают некоторые мальчики с хлебной продукцией.

В магазине Мальчика встретили холодно. Хлеб ему не продали. Зато посоветовали работать над собой. Мальчик сразу понял, что Мякиш основательно прополоскал мозги работникам магазина. Он спросил, как ему быть, ведь мама попросила принести хлеба. Ответ был такой: ты Мальчик, упал в наших глазах. Мы в нашем магазине тебя обслуживать не будем. Если хочешь, иди в хлебопекарню. Может, там тебе дадут хлеба.

Мальчик побежал в хлебопекарню. Но Мякиш и тут успел провести разоблачительную беседу. Пекари посоветовали бедолаге не мозолить им глаза, а лучше бежать что есть силы на мелькомбинат.

Как ни бежал Мальчик, Мякиш все-таки хромал быстрее. И плакался всем подряд: поглядите, я ранен! Ради светлого будущего, не давайте хлеб в руки маленькому извергу!

Что оставалось делать? Совершив еще пару промотуристических экскурсий — на мелькомбинат, зернохранилище, молотилку — Мальчик так и не смог получить хлеба. Наконец он дошел до поля, где росли хлебные злаки.

По полю ездил Комбайнер. До него Мякиш как-то не доковылял. Видимо, желание отомстить за поруганное хлебное достоинство пропало при виде огромного зерноуборочного комбайна, с опасным для жизни режущим аппаратом.
Зато мальчик был в полном отчаянии. Рискуя погибнуть под ножом косилки, он прямиком двинулся к дяде Комбайнеру. Тот оказался добрым дядей. Он как раз убирал урожай. Запрыгивай, говорит, Мальчик, на комбайн, будем твой хлеб убирать. Накосили хлеба, обмолотили, намололи муки, испекли хлеба и отдали мальчику.

-Happy and-

Оригинал текста не сохранился, пересказ мой. Возможно, он вышел несколько предвзятым.

Поделиться ссылкой:

Похожее

Цветок хлеба — рассказ Юрия Яковлева — Сказки. Рассказы. Стихи

Рассказ Юрия Яковлева «Цветок хлеба»

 
Сколько маленький Коля помнил себя в войну, он всегда был голодным. Он никак не мог привыкнуть, приладиться к голоду, и его ввалившиеся глаза сердито поблескивали, постоянно искали добычу. Черноволосый, нестриженый, взъерошенный, с проступающими ребрышками, он был похож на маленького исхудалого волчонка. Он тянул в рот все, что было съедобным, — щавель, вяжущие ягоды черемухи, какие-то корни, дикие лесные яблоки, пронзительно кислые и крепкие. Дома ему давали болтанку и хлеб. Мать добавляла в муку веники — вымолоченные метелки проса, и хлеб был тяжелый, вязкий; от него пахло сырой глиной. Но и этот хлеб голодный мальчонка съедал мгновенно, жадно посапывая раздутыми ноздрями.
 
Один раз за всю войну он наелся хлеба вдосталь. И хлеб был не из веников — настоящий. Его принесли с собой наши автоматчики.
 
Они вошли в хату ночью. Их тяжелые шинели и сбитые сапоги были измазаны чем-то белым и фосфоресцировали в полутьме, словно к ним налипли хлопья снега. А на дворе шел дождь. Бойцы пришли не из степи, а спустились с меловых гор, спуск был трудным, и они измазались в мелу. В теплой хате от солдат шел банный пар, и сразу запахло табачным дымом, мокрыми портянками, ременной кожей и ароматным свежим житником, который они выкладывали на стол.
 
От ночных гостей в хате стало тесно, как на вокзале, и маленький Коля почувствовал себя не дома. Он забился в угол и опасливо наблюдал за пришельцами. И тут его заметил скуластый солдат, прихрамывающий на левую ногу. Он поманил к себе Колю:

— Эй, хозяин, пойди-ка сюда. Хлебушка хочешь?

Мальчику захотелось крикнуть: «Хочу! Хочу!» Но к горлу подкатил ком. Он не мог произнести ни слова и молча глотал слюну.

— Ты, наверно, плотно поужинал?
 
Коля растерянно заморгал, а скуластый солдат развязал мешок и сунул ему в руку большой кусок хлеба. У голодного мальчика закружилась голова. Он вскарабкался на печку, зажмурил глаза и припал к хлебу. Он дышал хлебом, ласкался к нему, согревал его руками и щекой. Он откусывал то мякиш, то с веселым азартом грыз корку, и покойная сытость сладко разливалась по телу. Коля подобрел от хлеба, как взрослые добреют порой от вина. Ему казалось, что все вокруг хлебное: и лежит он на хлебе, и под головой у него мягкий хлеб, и покрыт он теплым хлебом. Он уснул, и всю ночь ему снился хлеб.
 
…Когда война подходила к концу, мать посеяла на огороде полоску пшеницы. Вскоре из земли проклюнулись робкие всходы. Они были похожи на траву. Мальчик пожевал травинку и не почувствовал хлебного вкуса: трава как трава. Может быть, никакого хлеба и не будет. Но трава начала сворачиваться в трубку.
 
— Скоро наш хлеб зацветет, — говорила мать.
 
И все ждали, и Коля ждал, и ему на память приходил свежий солдатский житник и счастливая хлебная ночь, которая то ли была на самом деле, то ли приснилась. Коля ждал, что хлеб зацветет голубыми цветами или алым маковым цветом. А может быть, как вишня, покроется белой метелицей. Он так и не заметил, как цветет хлеб. Появились колосья — глазастые, голубоватые, чуть запотевшие.
 
Потом полоска стала соломенной.

Когда собрали первый урожай, бабушка на радостях испекла два коржа величиной с подсолнух. Коржи были пахучие, румяные. Бабушка смазала их масляным перышком и посыпала солью, крупной, как толченое стекло. От коржей шел жар, и они светились, как два маленьких посоленных солнца.

Мальчик сидел перед столом, и его ввалившиеся глаза приросли к коржам. Он ждал, когда ж его угостят, и вдыхал в себя теплый дух испеченного хлеба. Он едва сдерживался, чтобы не протянуть руку и не взять без спроса завидное угощение. Наконец бабушка подошла к нему и сказала:

— Отведай, внучок, моего коржа.

Какая-то скрытая пружина сработала внутри — руки мгновенно устремились к коржу, пальцы крепко сжали его и потянули в рот.

Корочка обжигала губы, соль пощипывала язык, ноздри раздувались, боясь упустить толику вкусного запаха. Нет, корж был повкуснее солдатского житника, но он таял с неудержимой силой: и вскоре в руке мальчика остался тоненький полумесяц. И его скоро не стало…

Коля облизал губы, облизал пальцы и тяжело вздохнул. А второй корж, румяный, целехонький и наверняка еще более вкусный, лежал на столе и призывно улыбался всей своей рожицей.

— Отнеси этот корж деду, — сказала бабушка.

— Давай отнесу, — упавшим голосом сказал Коля.

Дед был очень старым и жил на пасеке. Домой он приходил в те редкие дни, когда на огороде топили прокопченную, покосившуюся баньку. Все лицо деда заросло щетиной, словно из подбородка и щек торчало множество железных гвоздиков. Коля боялся приблизиться к деду, чтобы не уколоться.

Бабушка завернула горячий корж в лопух и протянула его Коле.
 
Сперва он нес свою дорогую ношу в руках. Потом лопух пришлось выбросить, а корж спрятать за пазуху, чтобы его не отняли мальчишки. Корж был горячим, он жег кожу, а крупная соль въедалась в обожженное место. Коле казалось, что он несет за пазухой сердитого зверька и зверек кусает его живот. Но он терпел. Он прошел мимо мальчишек, и они не заподозрили, какой вкусный гостинец спрятан у Коли за пазухой.
 
Дед не услышал прихода внука. Он сидел перед пчелиным водопоем — перед желобком, по которому текла вода. Пчелы облепили желобок и пили, опуская хоботки в прохладную воду. Дед подставлял руку, и вода стекала ему в ладонь. Он подносил ладонь ко рту и пил пчелиную воду, она была сладковатой. Пчелы ползали по плечам, по голове деда, забирались в ушную раковину. Они не кусали деда. Они его признавали за своего.
 
Дед обрадовался. Он вертел корж в руках и нюхал. А Коля стоял перед стариком, поглощенный надеждой, что дед разломит корж пополам.

— Хороший корж, — сказал дед.

— Хороший, — тут же согласился Коля.

— Без немцев и земля лучше родит! — Дед опустил руку с коржом. — Как там бабка-то? Ползает?

— Ползает, — вздохнул мальчик и, чтобы не думать больше о корже, спросил: — Дед, а тебе медаль дадут за немцев?

— Зачем медаль? — сказал он. — Мне бы здоровья.
 
Дед не стал есть гостинец, а отнес его в шалаш. До чего же жадный дед! Совсем одичал со своими пчелами. Он специально спрятал корж, чтобы не делиться и потом спокойно жевать его, макая в липкий гречишный мед.
 
Коля собрался уходить. В последнюю минуту, когда дед протянул котомку с грязным бельем — пусть бабка простирнет! — у Коли чтото дрогнуло, и он чуть не попросил у деда кусочек коржа. Но сумел побороть минутную слабость. И промолчал.
 
Он шел не спеша, размахивая котомкой, и думал о том, что, когда кончится война, в доме будет много хлеба и он будет есть коржи утром, в обед и вечером. А сейчас корж ест дед — он, Коля, уже съел свой. Мальчик представил себе деда, который долго перемалывает беззубым ртом запеченную корочку. Старый, наверное, и вкусато не чувствует.
 
Дома он сунул бабушке котомку и буркнул:

— Дед велел простирнуть!

— Как он там, не болеет? — насторожилась бабушка.

— Чего ему болеть-то? — сказал Коля. — Пасет себе пчел.
 
Бабушка молча принялась выкладывать на лавку дедушкино бельишко, рассматривая, где надо заштопать, где залатать. На дне котомки оказалась чистая тряпица, завязанная узлом. Бабушка неторопливо развязала непослушными пальцами узел. В тряпице лежал корж. Она ничего не сказала. Положила нежданный гостинец перед внуком.
 
Румяное, густо посыпанное солью солнышко ослепило мальчика.
 
Радостный огонек вспыхнул в его глазах. Он проглотил слюну, предвкушая угощение, и протянул руку к коржу. Но какое-то незнакомое чувство удержало его руку. Это чувство оказалось сильнее голода, важнее хлеба. Значит, дед не жует корж и не макает его в гречишный мед, а пьет свою подслащенную водичку, которая заглушает голод, и пчелы ползают по его плечам… И он воевал с фашистами, а медали ему не надо.
 
Коля сполз со скамейки и пошел прочь… Но через некоторое время он вернулся. Взял со стола остывший корж. Аккуратно завернул его в чистую тряпицу и положил в дедушкин сундук, где лежали старые сапоги, шапки, дратва, мешок с самосадом и штык, привезенный с прошлой войны.
————————————————————
Юрий Яковлев.Текст рассказа «Цветок
хлеба». Читаем бесплатно онлайн

Читать все рассказы Яковлева.Список произведений.

Читать сказку Непоседа, Мякиш и Нетак — Чеповецкий Е.

Страница 20 из 28

Непоседа, Мякиш и Нетак (повесть)


Петя трудился честно, но в конце концов почувствовал, что от такой пищи к нему может вернуться самая неприятная из болезней — капризит. Вспомнив о ней, он немедленно прекратил есть.
Вдруг Нетактак Наоборото заволновался. Он спрыгнул на пол и быстро заговорил:
— Ай-ай-ай! Я совсем забыл, что через два часа начинается великий праздник! Я должен немедленно бежать на столичный стадион, проверить, все ли в полном беспорядке! А вы ешьте и уставайте, потом придете не туда. Дорогу вам не покажет каждый…
Последние слова он уже выкрикивал на ходу, убегая и оставляя на полу следы разноцветных кремов.
— Пошли на воздух! — сказал Петя, отмахиваясь от казенных мух.
— П-пошли, — тяжело отдуваясь, сказал Мякиш.
— П-п-пошли! — радостно заикал Непоседа.
И все вместе подумали: «Как бы нам больше никогда не попадать в столовые „Ешь как хочешь!“».
У выходного окна, пересчитывая своих друзей, Петя не увидел Нетака.
— А где Нетак? — спросил он.
— Что-то не видно, — развел руками Мякиш.
Они бросились к столу, но ни в одном торте, ни в одном компоте деревянного упрямца не оказалось.
— Все ясно, я знал, что он сбежит! — сердито махнул рукой Петя. — Надо было его привязать. Он пропадет! Здесь что ни шаг — опасность!..
— Положим, не все места так ужасны, — вдруг задумчиво произнес Мякиш.
Петя тревожно посмотрел на Мякиша и сказал:
— Ну, если уж и ты так думаешь, то мы сейчас же отправляемся обратно! Довольно, нанетакались, чтоб им было пусто, этим наоборотам!
Непоседа испуганно посмотрел на Петю, а Мякиш слезливо проканючил:
— А нашего Нетака мы здесь оставим?
— Оставим! Пусть знает как подводить коллектив!
Непоседа от обиды не смог ничего проикать и зазвенел всеми пружинками.
— Не-ет, Петя! — решительно замотал головой Мякиш. — Это нечестно! Нетак тебя в беде не оставил, он бежал вместе с нами, чтобы починить твой дырявый бензобак. А ты…
— Что я?.. Я ничего, — смутился Петя. — Но пора же этому упрямцу наконец стать самостоятельным!
— Но ведь он пока только самосидетельный, — вздохнув, сказал Мякиш.
— Какой?
— Са-мо-си-де-тель-ный! — по складам повторил Мякиш.
— Ага, ну конечно, — понимающе сказал Петя, хотя в действительности не понял, что это значит.
Непоседа дергался, дергался, наконец пропел:
Надо нам обегать всю столицию,
На ноги поставить всю полицию!..
— На ноги поставить этих спящих барбосов нам не удастся, — сказал Петя. А вот Перевертайзо перевернем вверх тормашками и отыщем нашего Нетака.
— А я все-таки попытаюсь договориться с полицией. Я найду с ними общий язык! — заявил Мякиш.
— Ладно, — махнул рукой Петя. — Бегом на поиски! Через час встретимся на этом месте.
И они разбежались в разные стороны.

Глава девятая, в которой Петя и Непоседа попадают в образцово-показательный нетакинтернат

Петя и Непоседа бежали так быстро, что скоро потеряли Мякиша из виду. На улицах было очень шумно и оживленно. Жители Перевертайзо готовились к великому празднику и не обращали внимания на знаменитых пришельцев с другой планеты.
По проспектам то и дело проходили колонны юных жителей столицы. Все они держали путь на столичный стадион. И хотя марширующие очень походили на пропавшего деревянного Нетака, Петя и Непоседа не решались расстраивать колонны идущих. Впрочем, его и не могло там быть. Марширующие выделывали на ходу такие трюки и фортели, выкамаривали такое, чего еще не умел делать деревянный Нетак.
На окраине города их остановили душераздирающие крики и свист, которые неслись из-за высокого забора. На неструганых досках большими чернильными буквами было написано: ОБРАЗЦОВО-ПОКАЗАТЕЛЬНЫЙ НЕТАКИНТЕРНАТ.

Петя махнул рукой и хотел бежать дальше, но Непоседа схватил его за штанину и пропел: — С… срочно надо здесь искать Нетака, В… вот она зарыта где, собака! — Почему здесь? — удивился Петя. И Непоседа снова запел: — О… он хотел учиться обязательно, Чтобы тоже стать самостоятельным!..
— Вот оно что! — сказал Петя. — Ну, тогда, конечно, пойдем.
И они перелезли через забор, потому что ни ворот, ни калитки нигде не было.
Видимо, в нетакинтернате была большая перемена. Двор кишел учениками разного калибра. Они так были увлечены своими играми, что не сразу заметили гостей.
То, что своими собственными глазами увидели Петя и Непоседа, заставило их замереть и прижаться к забору.
Половина учеников играла в чехарду. Они прыгали через учителей, и если какой-нибудь учитель не выдерживал скакуна и падал, то самый отчаянный нетаковец давал ему десять щелчков в лоб.
Другая половина учащихся стреляла из рогаток в окна.
Не успел Петя отереть со лба холодный пот, как их заметили ученики. Сотни глоток радостно заорали и заулюлюкали, и из сотен рогаток в гостей полетели крупные голыши.
Тотчас же к ним подбежал солидный крупный нетаковец. Это был директор образцово-показательного нетакинтерната. Он же был и заслуженным учителем планеты. Об этом свидетельствовал знак на его груди: орден невыливайки с двумя мухами — высшая награда.
— Безобразие! — сказал Петя, заслоняясь от метких выстрелов.
Но директор радушно улыбнулся и заявил:
— Что вы, что вы, у вас нет основания обижаться на моих учеников: они стреляют в вас отборнейшими камнями. У нас не каждый гость удостаивается такой чести.
К сожалению, я сам не успел в вас выстрелить, но, надеюсь, на первый раз вы меня простите… Честное слово, я больше не буду! — смущенно закончил директор.
К счастью, в это время прозвенел звонок, и стрельба прекратилась. Ученики лихо стали запрыгивать в окна своих классов, а директор сказал:
— Надеюсь, вы не откажетесь посетить урок в нашем нетакинтернате. Пойдемте со мной, я поведу вас в лучший класс!
Петя немедленно хотел отказаться, но вспомнил, что ведь надо искать Нетака. И, откровенно говоря, его очень интересовало, как в таком интернате проходит обучение. Непоседа же успел обегать всю территорию и сообщить Пете, что среди учеников, которые хулиганили во дворе, их Нетака не было.
— Хорошо, мы пойдем на урок, — сказал Петя директору. — Только прикажите ученикам не оказывать больше нам таких почестей.
— Ни в коем случае, это против наших правил. На уроках в гостей положено брызгать чернилами, а не стрелять из рогаток.
— И этого, пожалуйста, не надо, — попросил Петя.
— Хорошо. Ради вас мы пойдем на это. Я прикажу, — пообещал директор и повел гостей к учебному зданию.
По дороге Петя шепнул Непоседе, чтобы тот заглянул во все классы и поискал в них Нетака. Непоседа кивнул головой и первым прошмыгнул в интернат.
В учебном корпусе коридоры были узенькими и низкими. Маленькими оказались и классы, потому что юные нетаковцы были маленького роста и в больших помещениях не нуждались.
Как только Петя и директор вошли в один из классов, ученики-нетаковцы дружно встали на головы. То же самое сделал учитель на своей кафедре. Петя спросил у директора, не нужно ли ему проделать это приветствие.
— Нет, — ответил тот. — Чего доброго, вы ногами проломаете потолок. — И тут же сообщит: — Здесь сейчас будет урок чтения. Это очень сложный предмет!
«Почему сложный? — удивленно подумал Петя. — У нас дети еще до школы начинают читать». Однако скоро он убедился, что директор был прав.
Солидный руководитель нетакинтерната сел на пол и пригласил Петю устроиться рядом. Петя поблагодарил за любезность и сел по-турецки, скрестив под собой ноги.
В классе стоял неимоверный шум. Парты хлопали крышками и ездили по полу, словно заводные сани. Петя сам был не из дисциплинированных учеников, но сейчас ему хотелось подбежать к одному-другому нетаковцу и призвать к порядку. Еще минута, и он так поступил бы, но учитель, ловко лавируя между разъезжающими партами, подошел к нему и, вручив учебник, сказал:
— Мы будем читать рассказ на первой странице, вот этот. — И он ткнул пальцем в название.
— «Мальчик и Кабан», — прочитал про себя Петя.
Потом учитель остановил одну парту и, щелкнув в лоб вертлявого ученика, приказал ему:
— Читай, Нетачок, и не посрами меня перед гостем и директором.
Нетачок встал и бойко прочитал:
— «Кичьлам и набак».
— Молодчина! — улыбнулся директор. — Правильно!
Петя начал искать на странице такие слова, но не нашел. Такого там и в помине не было. Только название рассказа чем-то напоминало прочитанное учеником, но чем — Петя понять не мог.
А ученик бойко продолжал:
— «Набак лажел в ежул, а кичьлам леш в улокш».
В действительности же в первой строчке рассказа черным по белому было написано: «Кабан лежал в луже, а мальчик шел в школу».
— Это же не верно, — не удержался Петя.

— Конечно, не верно! — согласился директор. — В рассказе что-то перепутано. Всякий уважающий себя ученик должен лежать в луже, а кабан ходить в школу!
Петя на минуту зажмурил глаза и представил себе эту картину. В большой чернильной луже лежал мальчик, болтал ногами и хрюкал, а кабан с ранцем на спине торопился в школу.
— Тьфу, — негромко произнес Петя и подавил в себе усмешку. Он уже догадался, в чем заключалась мудрость нетакчтения в этом нетакинтернате: ученики должны были читать слова наоборот.
Петя больше не следил за содержанием рассказа: надоело переворачивать слова наизнанку. К счастью, история была короткой. Рассказ кончался словами: «Кабан стал знаменитым ученым».
Ученик же прочитал:
— «Набак дате мытинеманз мынечу».
На что учитель заметил:
— Молодец, из тебя тоже выйдет хороший набак!
Петино терпение лопнуло. Он и слушать больше такого не мог, и боялся, чтобы проводы не были такими же торжественными, как встреча. Ведь на партах наизготовку лежали рогатки.
Тогда он пустил в ход испытанный школьный метод. Он поднял руку и попросил слова.
— Что желает сказать наш гость? — спросил учитель.
— Я ничего не желаю сказать, — ответил Петя. — Я только желаю на минуточку выйти.
— Куда? — вместе спросили директор и учитель.
И тогда Петя взялся за живот и скрючился.
— А-а, пожалуйста, пожалуйста, хоть на целый час! — разрешил догадливый директор и любезно открыл ему двери.
В коридоре Петя сразу же столкнулся с Непоседой. Тот печально развел руками-пружинками и пропел ему, что Нетака нигде обнаружить не смог.
— Чертов деревянный упрямец! — выругался Петя и сказал: — Давай, Непоседа, скорей уносить отсюда ноги, иначе прозвонит звонок и нас начнут торжественно провожать! Бежим прямо к столовой. Может быть, Мякиш уже отыскал Нетака.
И, перепрыгнув через ворота нетакинтерната, знакомой дорогой они побежали к столовой.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Открытое занятие по внеклассному чтению. Б.Вовк Мякиш.

— Давайте наше занятие начнем с пожелания друг другу добра.- Я желаю тебе добра, ты желаешь мне добра, мы желаем друг другу добра. Если будет трудно — я тебе помогу.

— Я рада, что у нас отличное настроение. Надеюсь, что занятие пройдет интересно и увлекательно.

Упражнение для язычка.

Ротик- дверь откроем

Зубки все помоем

Крылечко чисто подметем

Ляжем отдохнуть потом

— Ребята, мы должны с вами построить дом из геометрических фигур.

— Сколько на доске фигур?

-На какие группы можно разделить все эти фигуры?

— Теперь сложите дом по образцу,

— Уберите все четырёхугольники.

— Треугольники переверните на обратную сторону. — Что написано на треугольниках?

Соберите слово из букв. — Какое слово получилось?

— Есть в мире ценности, которые никогда не утратят своего значения. Это воздух, земля, вода, солнце, жизнь человека.

В один ряд с этим словами можно поставить и слово «хлеб» — древний и вечно необходимый продукт человеческого труда. Мы ежедневно употребляем хлеб в пищу. Без него не обходится ни скромный завтрак, ни будничный обед, ни праздничный стол. Хлеб это вечный символ жизни, здоровья, труда, благополучия и богатства.

Не зря в народе говорят: «Хлеб — батюшка, водица — матушка».

— Ребята, вот буханка хлеба. — Как называется верхняя часть хлеба? — А внутренняя?

-Ребята, как вы думаете, о чём сегодня мы будем читать?

Тема внеклассного чтения: чтение рассказа Б. Вовка «Мякиш».

— Какую поставим цель?

Пекарня— место, где пекут хлеб;

колхозник- человек, работающий на земле;

бригадир- человек, под началом которого находится группа людей;

бункер-место в комбайне, где собирается зерно;

горбушка-корочка.

— Слушайте внимательно. Сейчас я вам прочту этот рассказ.

-Зажмурьте глаза, а потом откройте;

— сделайте круговые движения глазами: направо — вверх — налево — вниз — направо — вверх — налево — вниз;

— вытяните вперёд руку, следите взглядом за пальцем, приближая его к носу, а потом медленно отводите его обратно.

— Ребята, я напоминаю вам, что читать надо выразительно, не спеша, соблюдая знаки препинания. Остальным следить за своим товарищем по тексту.

Вопросы:

— Как называется рассказ?

— О ком говорится в рассказе?

— Что сделал Вова?

— Куда послала Вову мама?

— Что произошло в магазине?

— Куда отправил продавец мальчика?

— Куда затем попал Вова?

— Что посоветовали мальчику рабочие завода?

— Кто встретил Вову в поле?

— Чем угощал мальчика комбайнер во время обеда? — Каким был хлеб?

— Что произошло, когда Вова вечером возвращался домой?

— Что понял мальчик после того, как поработал в поле?

— Понравился ли вам рассказ и почему?

Облако, облако!

Белое, хорошее,

Подари нам облако,

Капельку дождя .

Маленькое зернышко

Нами в землю брошено,

Маленькому зернышку без воды нельзя.

-Ребята, обратите внимание на иллюстрацию.

— Что вы видите?

— Что движется по полю?

— Что они делают?

— У вас на партах лежат конверты с сюжетными картинками.

Вы должны расположить рисунки по порядку. Затем соотнести слова и рисунки.

-Ребята, как же нужно обращаться с хлебом?

-Наше занятие подходит к концу. В начале занятия мы ставили цель, какую?

-Мы поставленную цель выполнили?

А сейчас я прошу вас выразить своё эмоциональное настроение.

Ребята, у вас на столах лежат рисунки колобка.

Если вам занятие понравилось и было легко, нарисуйте радостного колобка.

Если было не очень интересно и слегка затруднялись- равнодушного колобка.

Если занятие не понравилось и было не интересно- грустного колобка.

Я вижу что вам занятие понравилось. Спасибо за участие!

(открыть рот, губы круглые),

(несколько раз провести языком по верхним, а потом по нижним зубам).(провести языком по нижней губе слева направо и обратно),

(рот открыт, круглый, расслабленный язык лежит на нижней губе).

(фигуры на доске)

6

по цветуна красные и синие фигуры; по форме — начетырёхугольники и треугольники).

(образец на доске)

обучающиеся убирают с доски все четырехугольники

-На треугольниках написаны буквы

— Хлеб.

— Корочка .

— Мякиш .

— О хлебе.

1.Прочитать рассказ.

2.Выяснить, умеем ли мы правильно обращаться с хебом.

Ответы воспитанников.

Ответы воспитанников.

Руки вверх

Дети изображают сеятелей

Через стороныруки вверх).

— Хлебное поле.

— Комбайны.

Убирают зерно.

Дети выполняют задание

Ответы детей

Ответы детей

Ирина Рогалева — Хлеб всему голова: читать сказку, рассказ для детей, текст полностью онлайн

Жили-были на дальнем хуторе дед Иван и его внук Федор. Случилось так, что на всем белом свете родных у них не было, поэтому был дед Иван для мальчика и мать и отец.

Дед Иван был годами велик, но сила в его руках еще была. Мог он дом срубить, печь сложить, колодец поставить, на гончарном круге посуду изготовить, и еще много чего. Недаром люди его руки золотыми называли. Не только руки у деда Ивана были золотые, но и сердце. Всех он любил, всем помогал, никого не осуждал. «Не суди, и не судим будешь», — внуку наказывал.

Еще дед Иван сам хлеб растил. Сначала сеял с молитвой, потом с молитвой урожай собирал, потом снопы вязал, молотил, зерна в муку молол и хлеб выпекал. С большим уважением дед Иван к хлебу относился. И за все Бога благодарил.

Хозяйство на хуторе было небольшое – лошадь да коза, хрюшка с хряком, куры да гуси.

Гуси — птицы важные, гуляют, где хотят, никто им не страшен, кроме лисиц и волков. Но Федя на их важность внимания не обращал. Нравилось ему гусей дразнить. Выскочит, бывало, перед ними из высокой травы и залает по-собачьи. Птицы от страха гогочут, разбегаются, а потом яйца не несут. Дед только диву дается, что с гусями случилось? Невдомек ему, что это любимый внучок балуется.

Долго терпели птицы Федины выходки, но однажды, когда тот начал по ним камешками из рогатки стрелять, не выдержали. Шеи вытянули, крылья раскрыли, зашипели и пошли на него стеной. Мальчик сразу наутек бросился, но вожак его догнал и за ногу ущипнул. С тех пор Федор гусей не дразнил.

Когда дед с хутора отлучался, за мальчиком присматривали кошка Мурка и пес Шарик. Были они друзья – не разлей вода, ни минуты друг без друга прожить не могли. Идет Мурка на мышей охотиться, и Шарик с ней. Отправится пес в лес белок гонять, и кошка за ним. Все они понимали, все замечали, только что по-человечески не говорили.

Однажды слепил Федя из хлебного мякиша фигурки лисы и медведя.

— Ах, молодец, как у тебя хорошо получается, — обрадовался дед, увидев их, — глядишь, со временем и из глины начнешь лепить, а потом я тебя и за гончарный круг посажу, посуду делать научить.

— Не, деда, — отвечал Федя, — я твой тяжелый круг крутить не хочу, мне больше из хлеба лепить нравится.

— Ну, лепи, лепи, — согласился дед Иван, — только потом хлебушек съесть не забудь. Не всяк пашню пашет, а всяк хлеб ест.

— Съем, съем, — кивал Федя головой, а сам фигурки за окошко выкидывал. Мол, птицы подберут.

Однажды попались хлебные зверята на глаза Мурке. Она сразу смекнула, что это Феденька хлебом балуется. Знала кошка, как тяжело хлеб деду достается. Побежала она к Шарику рассказать, что мальчик хлеб на землю бросает, деда обманывает.

— Избаловал Иваныч мальчика, — вздохнул пес, выслушав подругу, — родители дитя балуют, а жизнь его не жалует. Нахлебается еще наш Федюня горькой водицы.

Когда мальчик подрос, дед Иван его грамоте научил. Съездил в город, продал на базаре овощей-фруктов и на вырученные деньги азбуку купил и сказок разных.

Больше всего Федору понравилась сказка про волшебную щуку, которая могла исполнять все желания. «Вот бы мне такую рыбу поймать, — принялся он мечтать, — была бы у меня и печь, которая сама ездит, и скатерть-самобранка, и сапоги-скороходы». Чтобы рыбу поймать — надо рыбачить научиться. Попросил мальчик деда смастерить ему удочку по размеру и начал пропадать на речке день-деньской, но кроме карасиков и плотвы ничего ему не попадалось.

— Ну что, поймал свою волшебную щуку? – ласково смеялся дед, встречая внука с рыбалки.

— Нет, — вздыхал Федор, — не поймал.

— Ну, ничего, не переживай. Я из твоей мелочи вкуснющую уху сварю. Мы ее с хлебушком и навернем.

— А я твои пироги больше хлеба люблю есть, — отвечал Федюша.

— Ишь, пироги он любит! А знаешь, что народ-то говорит?

— Что?

— Без хлеба куска везде тоска. Хлеб всему голова. Думай — не думай, а лучше хлеба-соли не придумаешь. Вот подрастешь, буду тебя с собой на поле брать, сначала научу зерно сеять, а потом и остальную хлебную премудрость освоишь.

— Не, деда, я на поле с тобой ходить не хочу. Жарко там, и колоски колются. У меня после них все лицо чешется. Я лучше козу пасти буду. Ты мне только дудочку вырежи.

— Вырежу, вырежу — улыбался Иван Иванович, целуя внука в курносый нос. Очень он Федюшу любил и жалел – сирота все-таки.

Вскоре мальчик рыбачить перестал. Решил, что волшебная щука в другой реке плавает. Взамен рыбалки пристрастился он на дудочке играть. Целыми днями мог в нее разные песенки выдувать.

Солнце встало – солнце село, быстро время на хуторе летело. Круглый год трудился дед Иван от зари до зари. А Федор летом козу пас, зимой дома сидел, на дудочке играл, или на санках с горки катался. Как дед ни пытался внука к труду приучить, ничего у него не вышло. «Ладно, — думал дед Иван, — силушка у меня еще есть. Если Бог управит, то я еще Федю потяну, а там, глядишь, надоест парню баклуши бить, сам к работе потянется». Но не случилось ему дожить до этого. В праздничный пасхальный день остановилось любящее сердце деда Ивана. Было тогда Федору семнадцать лет.

Похоронил он деда, поплакал, повздыхал, и стал дальше жить, как привык. Чай с баранками пил, картошку ел с соленьями. Дед Иван их столько запасал, что до нового урожая хватало. Про козу и птицу Федор вспоминал, когда ему яйца были нужны и молоко. Пришлось Мурке за птицей и хрюшками ухаживать, а Шарику лошадь и козу пасти. Так до осени Федор и прожил, ни о чем не заботясь.

Но однажды сунул он руку в мешок с баранками, а там пусто. Полез в подпол за картошкой – и та закончилась. Хлебных сухарей тоже не осталось. Что делать?

Сел парень на крыльцо, пригорюнился, думает, и что я у деда не учился, пока тот жив был? Подошли к нему Шарик и Мурка, встали рядом.

— Правильно думаешь, не лениться надо было, а работе учиться, — вдруг человеческим голосом заговорил Шарик. — Счастье и труд рядом идут.

— Вот-вот, для кого труд — радость, для того жизнь – счастье, — откликнулась Мурка.

— Вы что, умеете по-людски разговаривать? – оторопел Федор. – Что же вы раньше молчали?

— А о чем говорить? Не до разговоров нам было, мы делами занимались, — отозвался Шарик. – Работали до поту и ели в охоту.

— Да, поесть бы я сейчас не отказался, — вздохнул Федор. – Только запасы дедовы закончились. Как теперь жить, ума не приложу.

— Надо было грядки копать, семена сеять, огород сажать. Слышал, как дед Иван говорил: «Человек трудится — земля не ленится; человек ленится — земля не трудится», — сказал Шарик.

— Да слышал я все, — махнул рукой Федор, — неохота мне было с грядками возиться, еще мозоли бы лопатой натер. Я лучше в город поеду, хряка с хрюшкой продам, еды куплю.

Сказано — сделано. Продал Федор свиней, наелся в харчевне до отвала, ночь в телеге переночевал, утром по базару прошелся, всего, что глаза захотели купил и на хутор отправился. Вернулся домой довольный, на ходу пирог с капустой жует, квасом запивает.

Шарик с Муркой встретили его у крыльца, чуть не плачут.

— Что это вы такие поникшие, — спрашивает Федор, слезая с телеги, — что случилось?

— Пришли ночью лисы и всех кур и гусей утащили. Прости, хозяин, не доглядели, — сказал пес.

— Эка беда, — махнул рукой Федор, — от этих птиц были одни хлопоты. Я столько вкусной еды привез, что надолго хватит, и без яиц проживу.

Начал он дальше жить-поживать, на дудке играть, песни петь. А Шарик с Муркой за козой и лошадью смотрели.

Ел Федор так, что за ушами трещало, ни в чем себе не отказывал. Поэтому его запасы к началу весны закончилась. Как-то пошел парень на ледник, балыка и ветчины отрезать, а там лишь хвостики от них на веревочках болтаются. Бросился он к мешку с баранками, а там снова пусто. И горох, и греча, и варенье с печеньями – все закончилось. Что делать?

Сел Федор на крыльцо, голову руками обхватил. «Думай, голова», — свою голову уговаривает.

— Что, хозяин, пригорюнился? Снова есть нечего? – подошли к нему пес и кошка.

— Нечего, — вздохнул Федор.

— Так теперь самое время и картошку, и хлеб, и гречу сажать. Помнишь, как дед Иван говорил: «Гречневая каша – матушка наша, а хлеб ржаной – нам отец родной».

— Да помню я все, — махнул рукой Федор. – Неохота мне в поле идти, ногами грязь после дождя месить. Я лучше в город поеду, козу продам, а на вырученные деньги еды куплю.

Сказано – сделано. Продал Федор козу, купил сапоги со скрипом, кафтан нарядный, поел в трактире, вышел на улицу, а там ливень хлещет. Как быть? Тут один добрый человек его надоумил в гостиницу пойти ночевать. Мол, там и чисто, и тепло, и дождь не промочит. Федор согласился, а когда утром на улицу вышел, не нашел ни лошадь, ни телегу. «Цыган увел, — объяснил ему хозяин гостиницы, — недаром он вчера здесь вертелся». Понял Федор, какой добрый человек ему насоветовал в городе переночевать, да поздно было. Хорошо хоть оставшиеся деньги в кармане лежали.

«Хлеба побольше куплю и картошки, — решил парень, пересчитав монеты. — С хлебом я в беду не попаду, вроде, так дед Иван говорил».

Зашел Федор в пекарню, а там такой аромат от сдобы, что сил нет терпеть. Не выдержал он и на все деньги вместо хлеба булок да пирогов накупил. Закружилась его голова от сладких запахов, да не только от них, а еще и от красоты девичьей. Увидел Федор дочку пекаря, красавицу Аленушку и влюбился в нее безоглядно. Минуты ему хватило, чтобы понять, что хочет он ее в жены взять и всю жизнь с ней прожить.

Федор был парень видный. Аленушке он тоже приглянулся. Улыбнулась ему девица, кренделем свежим угостила. Федор, недолго думая, бросился к ее отцу руки дочери просить.

Выслушал пекарь Федора и говорит:

— А где же твои сваты? Порядочный жених сватов засылает, да с подарками.

— Нет у меня никого, один я на всем белом свете.

— А сам-то ты откуда, прыткий такой? – прищурился пекарь.

— С дальнего хутора.

— Так ты деда Ивана внук! – обрадовался Аленушкин отец, — Знал я его, слава о его доброте и золотых руках по всей округе шла. Ну, если ты в деда пошел, то отдам я за тебя Аленку. За мужем добрым, работящим будет она, как за каменной стеной. У тебя, небось, хозяйство большое?

— Нет у меня ничего, только кошка да собака, — опустил голову Федор.

— Как же так? – поразился пекарь. – Ведь у деда Ивана все было. Куда делось-то?

Пришлось парню рассказать, как он дедово наследство растерял. Выслушал его пекарь, и говорит:

— Знаешь что… Ты сначала работать научись, хозяйством обзаведись, а потом уже о свадьбе думай. Не отдам я свою любимую дочь за лентяя и бездельника.

Федор от огорчения чуть не заплакал. Вышел из пекарни, оглянулся, а в окошке Аленушка одной рукой слезки вытирает, другой — ему машет. Прощается навек.

Завалялись у Федора в кармане две монетки, только на маленький мешочек картофеля и хватило. Закинул он поклажу за плечо и домой отправился. Пока до дому дошел не заметил, как все булки и пироги стрескал. Только три баранки на дне мешка и остались.

А когда догрыз он последнюю баранку, то сел на крыльце, лицо в ладони уронил и заплакал:

— Как жить мне теперь? Что делать?

Подошли к нему Мурка и Шарик, сели рядом.

— Не плачь, хозяин, — говорит пес, — еще не поздно яровые посеять, огород вскопать, картошку посадить. У тебя же картошка в мешке лежит, забыл?

— Точно, забыл! – подскочил Федор.

Бросился он в сарай, куда мешочек с картошкой забросил, пересчитал картофелины, если каждую на четыре части разрезать, может, на посадку и хватит.

— А как я хлеб растить буду, если ничего не знаю и не умею, — вздохнул он.

— А мы тебе подскажем, — вскочила Мурка от радости. – Мы часто с дедом на поле ходили, все видели, все помним, и где семена для посева лежат, знаем.

— А что я есть буду, пока урожай не получу? – всхлипнул Федор. Ох, и жалел он себя, несчастного.

– Ты, когда картошку сажать будешь, землю лучше копай, комочки разбивай, может и найдешь там чего, — подсказал Шарик.

«Неужели дед Иван клад закопал?», — екнуло у парня в сердце.

В поисках дедовых сокровищ Федор так землю рыхлил, что она в пух превратилась. Но кроме кровавых мозолей ничем не разжился.

— Золото познается в огне, а человек в труде, — помнишь, дед Иван говорил, — шепнул Шарик Мурке, видя, как Федор лопатой машет. – Будет из нашего хозяина толк!

На следующий день замотал Федор мозоли чистыми тряпицами и отправился поле под рожь готовить. Шарик и Мурка с ним пошли.

— Помолиться надо перед работой, — напомнил пахарю Шарик.

— Да ладно, — махнул тот рукой, — я и без молитвы управлюсь.

— Без молитвы будет тебе поле для битвы, — вздохнула Мурка.

Походил Федор вокруг плуга, повздыхал, оглянулся на друзей. Те ему говорят: «Ты в плуг впрягайся, а мы им управлять будем». Так и сделали. К полудню пахарь от усталости шагу не мог ступить. Упал в свежую борозду, не шевелится. И вдруг услышал Федор, что земля дышит! «Не может быть!» Приник ухом к чернозему – «точно, дышит!». Стало ему понятно, почему дед Иван землю живой называл, матушкой величал.

Отдышался парень, напился воды, и снова за работу. Вернулся на хутор затемно. Так устал, что о еде и не вспомнил. Камнем на кровать упал и уснул.

Вышел на следующее утро Федор на двор, постучал руками по пустому животу, как по барабану ударил. Вдруг смотрит – во двор телега заезжает. Из нее мужичок выскочил и к Федору бросился.

— Ты Федор, деда Ивана внук? – спрашивает?

— Я, — пробасил парень. – Только умер дед Иван на прошлую Пасху.

— Царствие ему небесное, — перекрестился мужичок. Золотое у него было сердце. Он однажды меня с семьей от голодной смерти спас, теперь я приехал долг отдать. Держи-ка!

И начал мужичок с телеги припасы сгружать. А там и гречка, и пшено, и мука, и рыба соленая и еще много чего. Выгрузил все и уехал.

Вспомнил Федор деда добрым словом, и призадумался.

Всю неделю вставал он ни свет ни заря, тряпицы на руках менял и в поле шел. Вскоре ладлни у него зажили, мозоли огрубели. Но, как ни старался наш пахарь, только одну половину дедова поля осилил. Вторая так и осталась невспаханная.

Подошло время зерно сеять. «Это работа легкая. Я с ней мигом справлюсь», — подумал Федор. Принес на поле дедовы запасы ржи, раскидал зерно, только собрался домой идти, как видит – летит к полю, гомоня на все небо, черная туча воронья. «Они же все зерно склюют! Что делать?!», — схватился за голову сеятель.

— За ружьем беги, да стреляй в воздух, — подсказал ему Шарик.

Пока Федор на хутор бегал, пока ружье зарядил, пока обратно вернулся – птицы половину зерна склевали. Пальнул он пару раз в небо, прогнал ворон.

С посевом парень управился, огородом и садом занялся. Там тоже потрудиться пришлось – то посадка, то прополка, то поливка, то тля нападет, то колорадский жук налетит. В общем, забыл Федор и про дудку свою и про реку. Отдышался лишь к осени, когда первый в своей жизни хлебный каравай из печи достал. Поставил его не стол – не налюбуется. «Хоть и кривенький и подгоревший, зато мой, — радовался Федор, лучше хлеб с водой, чем пирог с бедой. Хоть я четверть урожая собрал от того, что дед Иван имел, да она вся моя.

На следующий год он все поле осилил. Взошла рожь колосок к колоску – загляденье! «Знатный урожай соберу, — потирал руки Федор, — часть зерна продам, лошадь куплю, пару коров, бычка, а может, и на гусей с курами денег останется. Тогда и к Аленушке свататься можно». Да только не сбылись его надежды, засуха началась, какой давно не было.

— Что же делать? Сгорит ведь урожай, — чуть не плакал парень.

— А ты Илье пророку помолись, чтобы он дождь послал. Дед Иван так всегда делал, — подсказала ему Мурка.

— Да не буду я молиться! – отмахнулся Федор. – Я лучше сам буду поле поливать.

Сказано — сделано. Начал он с утра до ночи воду на поле таскать, рожь поливать. Неделю поливал, а потом и дожди начались. Видно, пожалел его Господь.

На этот раз собрал Федор половину урожая от дедова, так что смог купить козу, да пару кур с петухом. «Ничего, — думал он, — на следующий год я все осилю».

Чтобы зимними вечерами не скучать, начал Федор из глины фигурки лепить, а потом и за гончарный круг сел. Мурка с Шариком, глядя на хозяина, не нарадуются. Горшки да кувшины у него, не хуже, чем у деда выходят, а то и лучше.

Весной продал Федор на базаре целый воз посуды и лошадь купил. Да не просто лошадь, а вороного коня в белых яблоках. Оседлал его и к дому пекаря поскакал. Хотел на Аленушку посмотреть, себя показать. Увидела его девица, выбежала на крыльцо и говорит:

— Если ты через год хозяйство не поднимешь, отец меня замуж за купеческого сына отдаст. Он в этом году хотел, да я уговорила еще подождать!

Приехал Федор на хутор. Сел на крыльцо, задумался. Подошли к нему Шарик с Муркой. Сели рядышком. Спрашивают:

— О чем хозяин грустишь?

— Думаю, что как я не стараюсь на ноги встать, почему-то у меня не получается. То птицы налетят, то засуха, то жуки на огород нападут, то тля на деревья. Почему дед Иван полные закрома собирал, а я и половину с трудом заполняю?

Переглянулись друзья, мол, говорить или нет? Все-таки решились.

— Потому что дед твой все дела с молитвы начинал. А когда заканчивал их, то всегда Бога благодарил. Поэтому его поле и птицы облетали, и мыши кругом обходили.

— А еще он всегда бедным помогал, в первую очередь о других думал, в последнюю о себе.

— Это я знаю, — вздохнул Федор, — золотое у него сердце было. За всех дед переживал, а особенно за меня, за сироту. А я ведь совсем ему не помогал, только об удовольствиях и думал. Ни спасибо, ни пожалуйста ему не говорил, — горько вздохнул Федор. – Эх, теперь бы я все по-другому делал, да поздно слезы лить. И с чего я решил, что умнее деда? Буду жить, как дед Иван жил!

На этот раз начал Федор посевную с молитвы, молитвой и закончил. Слава Богу, собрал он урожай небывалый – зерна столько, что в закрома не вместить, а овощей — в подпол. Продал он излишки и восстановил прежнее хозяйство, дом подновил, приоделся и сватов с дарами к Аленушке заслал.

На этот раз пекарь ему не отказал, но сначала на хутор к жениху съездил, убедился, что дочь в трудовые руки отдает. А на Покров молодые свадьбу сыграли. Для Шарика и Мурки напекла Аленушка их любимых пирогов с рыбой. А Федор для гостей хлебный каравай испек — ровный, румяный, с хрустящей корочкой. Поставил его посреди стола и сказал:

— Хлеб всему голова!

И все с ним согласились!

Рассказы и сказки для детей — Ирина Рогалева

Помощник пекаря

За синими морями, за высо­кими горами сто­яли рядом два цар­ства-госу­дар­ства. В пер­вом народ был тру­до­лю­би­вый, жил по прин­ципу «кто не рабо­тает, тот не ест», а во вто­ром люди лени­лись, рабо­тать не хотели, жили под деви­зом «что хочу, то и ворочу».

В пер­вом госу­дар­стве хорошо жилось не только народу чест­ному, но и зве­руш­кам и пичуж­кам раз­ным. Сла­ви­лось оно масте­рами и масте­ри­цами: гон­ча­рами, куз­не­цами, тка­чи­хами и пова­ри­хами. Но самым зна­ме­ни­тым был там цар­ский пекарь Васи­лий Ива­но­вич. Такие он пироги и торты выпе­кал, что они во рту таяли. Но лучше всего у него Пас­халь­ные куличи полу­ча­лись. А уж как он их укра­шал и гла­зу­рью рас­пи­сы­вал во славу Божию – загляденье!

Понятно, что одному чело­веку в цар­ской пекарне с рабо­той не спра­виться, поэтому было у пекаря несколько помощ­ни­ков, а самым глав­ным – Пётр, уда­лец-моло­дец. Всё в его руках спо­ри­лось: и булочки он выпе­кал самые румя­ные, и пирожки с про­тивня сни­мал самые под­жа­ри­стые, и крем для пирож­ных взби­вал самый воздушный.

Вто­рое госу­дар­ство ничем не сла­ви­лось, масте­ров у них отро­дясь не води­лось, разве что под­ма­сте­рья, и те захо­жие. Люди там впро­го­лодь жили, а уж на живо­тинку им и вовсе еды не хва­тало. От них не только голод­ные кошки и собаки сбе­гали, но и птицы мимо пролетали.

Больше всего на свете царь пер­вого госу­дар­ства любил гостей при­ни­мать и уго­щать. Поэтому царица его назы­вала «Ваше госте­при­им­ное величество».

Слава об этом заме­ча­тель­ном каче­стве царя шла по всей земле и, два­жды обер­нув­шись вокруг неё наряд­ной лен­той, воз­вра­ща­лась обратно.

Любое поже­ла­ние гостей царь с радо­стью испол­нял. Всё, что они не захо­тят, им в цар­ской пекарне выпе­кут: и булочку с маком, и ватрушку с еже­ви­кой, и плюшку с тво­ро­гом, и пирожки раз­ные, и рас­сте­гай с куря­ти­ной, и пирож­ное, и даже круас­сан замор­ский из теста слоёного.

Одна­жды зимой перед Вели­ким постом нагря­нул к госте­при­им­ному вели­че­ству царь-сосед. Узнал он про пекаря чудес­ного и захо­тел его выпечки попро­бо­вать, оце­нить – вправду ли она такая вкусная.

Отве­дал он и пирож­ков, и рас­сте­гаев, от круас­сана кусо­чек отщип­нул и вдруг гово­рит: «А при­го­товьте-ка мне ватрушку с тво­ро­гом, да чтобы было в ней ровно два­дцать пять изюминок!»

Забе­гали помощ­ники Васи­лия Ива­но­вича: один на ферму помчался за тво­ро­гом, дру­гой начал муку про­се­и­вать, а Петр сел изю­минки счи­тать. Три раза пере­счи­тал, чтобы не оши­биться и в грязь лицом не ударить.

Пекарь сам ватрушку во дво­рец при­нес и перед гостем на тарелку выло­жил. Встал непо­да­лёку и смот­рит, что тот делать будет. А гость все изю­минки выко­вы­рил, пере­счи­тал, в сал­фетку завер­нул и в кар­ман убрал, а ватрушку съел. И ничего никому не объ­яс­нил. Царица, уви­дев это, велела насы­пать в коробку фунт изюму и неза­метно гостю в телегу под­ло­жить. Ведь царь на телеге при­е­хал, потому, как карета его давно сло­ма­лась, а почи­нить её было некому.

Время в посту быстро летело, не успел народ огля­нуться – вот уже и страст­ная сед­мица за сере­дину пере­шла – при­шла пора к Пасхе гото­виться: куличи печь, пасху варить, яйца кра­сить. Да только вдруг слу­чи­лось собы­тие, из рук вон выходящее.

В чистый чет­верг Васи­лий Ива­но­вич с помощ­ни­ками при­шли в пекарню засветло, а вот Пет­руша куда-то запро­па­стился. «Неужто про­спал помощ­ник, — уди­вился пекарь, — ну да ничего, пока и без него спра­вимся». Помо­ли­лись все и к празд­нич­ной стряпне при­сту­пили. Уже и муку про­се­яли, и масло рас­то­пили, а Петра всё нет. Тогда послал Васи­лий Ива­но­вич к нему домой млад­шего помощ­ника. Тот пулей сле­тал туда и обратно. «Нету, — гово­рит, — дома Петра, и роди­тели его со вче­раш­него дня не видали».

«Что делать? – рас­стро­ился пекарь, — ведь у Пет­руши самые кра­си­вые и румя­ные куличи полу­ча­ются. Он ведь осо­бым чутьем чует, когда их из печи выни­мать. Не иначе что-то с пар­нем слу­чи­лось – впер­вые он на работу не вышел. Надо царю сооб­щить, что Пётр про­пал. Дело-то госу­дар­ствен­ной важ­но­сти». Дождался он, когда царь-батюшка после службы из церкви вышел, и сооб­щил ему о про­паже помощника.

Тем вре­ме­нем в пекарне всё дело встало.

Царь тут же пове­лел всем слу­гам на поиски Петра отпра­виться. Каж­дый уго­лок цар­ства обыс­кать, а глав­ного помощ­ника найти!

Услы­шала цар­ский при­каз Марьюшка, сестра Петина. «Дай, — думает, — сбе­гаю на реку». Видела она, как брат с вечера удочки гото­вил. Ещё уди­ви­лась, что он на страст­ной сед­мице на рыбалку собирается.

Словно ласточка помча­лась девица к реке, и точно – сидит Петя, на попла­вок, словно заво­ро­жён­ный, смотрит.

— Бра­тец, — закри­чала Марьюшка, — тебя Васи­лий Ива­но­вич обыс­кался. Ты что, забыл — сего­дня куличи пекут пасхальные?

— Ну и что? – не отры­вая глаз от поплавка, гово­рит Пётр, — я‑то здесь при чём?

— Так ведь только ты зна­ешь, когда куличи из печи доставать!

— А я больше в пекарне рабо­тать не хочу. Мне вообще рабо­тать надо­ело. Я и так проживу.

— Ведь в нашем цар­стве так жить нельзя, — всплес­нула руками Марьюшка, — у нас ведь кто не рабо­тает, тот не ест.

— А я к сосе­дям подамся. Что захочу, то и буду делать!

— Вот иску­ше­ние! – рас­стро­и­лась девица и помча­лась во дворец.

А Пётр тем вре­ме­нем удочку свер­нул и пошёл, насви­сты­вая, в сосед­нее цар­ство. Уви­дел его тамош­ний царь с бал­кона, обра­до­вался. Кричит:

— Нашего полку при­было! Теперь и у нас плюшки с ватруш­ками на зав­трак будут! Иди сюда, Петя, чайку попьём, о житье-бытье поговорим.

Под­нялся к нему моло­дец. Идёт по дворцу удив­ля­ется — сту­пени рас­ша­тан­ные под ногами скри­пят, а кое-где их и вовсе нет. Ковры молью про­едены, мебель пылью покрыта. Стул под его вели­че­ством шата­ется – того и гляди раз­ва­лится. Ман­тия на нём што­пана-пере­што­пана, у короны один зуб­чик отло­ман, туфли домаш­ние дырявые.

— Что это Вы, Ваше само­сто­я­тель­ное вели­че­ство, в такой раз­рухе оби­та­ете? – уди­вился Пётр.

— Так ведь у нас не то, что у вас. Народ мой счаст­ливо живёт – что хочет, то и делает.

— Судя по всему, ничего ваши под­дан­ные не хотят, — усмех­нулся молодец.

— Пра­вильно гово­ришь, — с гру­стью ска­зал царь, — ничего народ делать не хочет. Я сам кое-как за двор­цом слежу. Живу один-оди­нё­ше­нек. Царица меня бро­сила, вер­ну­лась к роди­те­лям. Там и живёт. А я ведь как её с детиш­ками бало­вал! Все для них делал! Подарки дарил! В послед­ний раз целых два­дцать пять изю­мин им привёз!

Игрушка грелка МЯКИШИ 364 Доктор Мякиш Кот Болтун

Доктор Мякиш Кот Болтун Игрушка грелка описание:

«Доктор Мякиш» Кот Болтун с вишневыми косточками — уникальная игрушка 3 в 1: согревает, охлаждает, развивает.

Внутри игрушки прячется мешочек с вишневыми косточками, лечебные свойства которых известны с давних времен. Их можно использовать в трех режимах: нейтральном, холодном и теплом.

Нейтральный режим развивает мелкую моторику. Ребенку нравится перебирать в руках зернышки.

Теплый режим — выньте мешочек с вишневыми косточками и нагрейте в микроволновой печи. Положите теплую игрушку малышу на животик при коликах. Проверено: помогает!

Холодный режим — мешочек нужно подержать в морозилке. Приложите любимого друга на место ушиба, это поможет снять отек и уменьшить синяк.

Ребенок будет с удовольствием будет открывать и закрывать ротик Котику. Можно предложить ему забавную игру: закрытый рот означает тишину (Тссс!!!), а если ротик открыт — можно рассказывать веселые истории обо всем на свете!

Игрушка изготовлена из льна, ее можно стирать. А милая вышитая мордочка никого не оставит равнодушным.

Идеально подходит для:

помощи при коликах и ушибах,
развития мелкой моторики,
сенсорного восприятия и эмоционального развития.

Развивающие игрушки для детей от 0 лет рекомендуем использовать строго под присмотром взрослых! Изготовлены из гипоаллергенных материалов. При поставке цветовые решения игрушек могут отличаться от представленных на сайте.

Возраст ребенка от: 3 лет

Материал: Лён, хлопок, вишневые косточки

Вес: 0.2000 кг

Ширина: 15.0000 см

Высота: 29.0000 см

Глубина: 3.5000 см

 Страна производитель: Россия

Страна Бренда: Россия

Упаковка: Картонный конверт

Сертификат: Сертификат на серийный выпуск RU C-RU.АБ43.В.00102 от 12.05.2016

История Гензеля и Гретель

[Указатель Германии] [Сказки] [Гензель и Гретель]

© Написано Ташей Гюнтер и иллюстрировано Линн Гюнтер
Гензель и Гретель по мотивам немецкой сказки, впервые собранной
Братья Гримм

Жили-были дровосек с женой. Их первые дни прошли в блаженстве в маленьком деревянном коттедже с двумя детьми, Гензелем и Гретель.

Эти двое детей выросли не по годам мудрыми.Гензель был умен, мягок и обаятелен, а Гретель — поэтичной, осторожной, но сообразительной. Двое детей любили пропускать камни в
озеро на полмили выше.

Гензель и Гретель потратили большую часть своего времени на поиск идеальных плоских камней для прыжков. Их коллекция камней была большой, так как они тратили больше времени на сбор, чем на
фактически прыгая по камням. Со временем у них появился странный компаньон — птица, которая крала их камни и прятала их в разных местах по всей стране — хотя Гензель и Гретель
не знал почему.

На пике их детства великий голод поразил страну, где жили Гензель и Гретель. Он оставил богатых изолированными от среднего и бедного классов; торговец
класс боролся за выживание; а самые бедные из бедных окунулись в крайнюю голодную смерть. Дровосек и его жена, а также Гензель и Гретель в конце концов изо всех сил пытались прокормиться.

Повторяющиеся моменты голода постепенно заставляли жену дровосека выбирать эгоизм. Однажды вечером, после того как Гензель и Гретель уложили в постель, женщина
подошел к мужу.

«Мы должны пережить наступающую зиму… Мы должны…» — начала она. «Мы не можем накормить всех в этом маленьком домике… Мы не можем…»

«Ну что же нам делать?» — спросил дровосек.

«Мы должны оставить детей одних в лесном лесу. Таким образом, нам останется только прокормить себя », — ответила она.

«Если мы оставим их там, они наверняка будут голодать!» воскликнул он.

«И если мы будем держать их здесь, мы все наверняка будем голодать», — ответила она.

Мало ли дровосек и его жена знали, что Гензель и Гретель слушали весь их разговор.

«Наша Мать больше не хочет нас», — причитала Гретель.

«Тсс, Гретель! Отец не позволит ей избавиться от нас, — ответил Гензель, пытаясь успокоить Гретель.

«О, но что будет делать Отец, когда мы останемся наедине с нашей Матерью?» — спросила Гретель.

«Я все обдумаю», — ответил он.

Итак, Гензель был очень умен. Его планы действий всегда были расчетливыми и эффективными. На следующий день, прежде чем им было приказано приступить к работе по дому, Гензель побежал
в полумиле до озера.Он собрал десятки камней для прыжков.

Когда он вернулся домой, Гензель увидел, что его мать и сестра собираются для того, что выглядело как обычное путешествие в лес — хотя Гензель знал, что на этот раз
у их матери были другие планы на них.

Он крепко сжимал свой мешок прыгунов, приближаясь к своей матери.

«Времена тяжелые, мои дорогие дети. «Мы должны отправиться в лес, чтобы помочь твоему отцу в его работе», — заявила она.

«Но…» начали оба ребенка.

«Никаких« но »!» их мать ругала.

Итак, Гензель, Гретель и их мать отправились в густой лес. Это было жутко, как густой туман в бурную ночь: небо было темно-серым, а деревья
были черными и мрачными.

К счастью, Гензель не забыл бросать мерцающие камни на землю через каждые несколько футов, чтобы они могли последовать за ними по возвращении домой.

«Гензель, что ты задумал?» — нетерпеливо крикнула их мать.

«Мама! Мать! Посмотри на этих белок на дереве. Клянусь, они танцуют так, будто подходят для бала! » — позвала Гретель, используя свою сообразительность, чтобы отвлечь
их мама.

Гретель точно знала, что задумал Гензель. Она собрала все воедино, наблюдая, как лицо ее матери сморщилось.

«Где? Я не вижу белок! Я не вижу танцев! » — воскликнула их мать, сбитая с толку и рассеянная, давая Гензелю время наверстать упущенное. «О, поторопись.Нам нужно только
— пройди еще немного, — проворчала их мать.

«Куда мы идем, мама?» — спросил Гензель. Без ответа самые ужасные кошмары детей подтвердились. Мать собиралась оставить их в лесу.

Гензель уронил еще один камень. Гретель услышала, как он упал.

Они путешествовали некоторое время, Гензель время от времени бросал камни, пока не достигли небольшой поляны. Их безумная мать приказала Гензелю и Гретель сесть на мертвое бревно.

«Я собираю дрова. Останься здесь, я скоро вернусь за тобой, — солгала она.

Дети неохотно остались сидеть. Они ждали, ждали И ждали, но их мать так и не вернулась за ними.

Гензель начал беспокоиться за их безопасность. Он крикнул Гретель: «Что, если на нас нападут или нас съедят? А волки? Медведи? Пумы? Еноты? Гретель, о Гретель —
Что мы собираемся делать?»

«Я почувствую это», — ответила она, вставая с мертвого бревна.Она взяла Гензеля за руку, и они двое пошли по его следу из камней. Их плоские поверхности мерцали в лунной ночи.

Гензель и Гретель наконец вернулись домой на рассвете; однако они так устали, что оба сразу заснули прямо перед дверью своего коттеджа.

Они проснулись в своих кроватях от звуков спора лесоруба и его жены.

«Как вы могли оставить наших любимых детей в
в полном одиночестве? » они услышали, как грустно спросил их отец.

«Мы будем… Мы все умрем с голоду, если они останутся здесь! Слишком много ртов и НЕ хватает еды. Это единственный способ … единственный способ … »- ответила она.

Теперь Гензель и Гретель наверняка знали, что их удача закончилась.

Гензель пытался придумать способ вывести их двоих из этого беспорядка. Он огляделся в поисках их прыгающих камней. Поскольку их нигде не было, Гензель решил, что
их всех украла озорная птица.

Безнадежные, Гензель и Гретель вернулись в свои постели и стали ждать, пока их мать придет и заберет их в лес.

Конечно же, жена дровосека поднялась в их комнату, чтобы забрать их. Она приказала Гензелю надеть прогулочные ботинки, а Гретель — стирку.

Они пошли еще раз.

Однако, прежде чем они ушли, дровосек тайно подсунул Гензелю небольшую буханку хлеба. Гензель увидел отчаяние на лице своего дорогого отца.

Гензель сунул хлеб в карман, раздавив его в основном в крошки, и с грустью последовал за своей матерью и любимой сестрой.Каждые несколько футов он бросал эти
панировочные сухари на земле.

Вскоре их мать стала подозревать Гензеля.

«Гензель, что ты задумал?» крикнула она.

Гретель, услышав это, быстро нашла способ отвлечь их мать:

«Мама! Мать! Дикая лесная фея только что залетела тебе в волосы! »

Запаниковавшая мать Гензеля и Гретель начала дрожать и извиваться; она взъерошила волосы и взвизгнула от страха.

Это дало Гензелю время наверстать упущенное.

«Вы
дети будут моей смертью. Поторопитесь СЕЙЧАС, — проворчала их мать.

Они проехали еще несколько миль, пока не достигли очень маленькой поляны — даже меньшей, чем предыдущая.

«Я найду хорошее место, чтобы рубить дрова. Вы оба, ОСТАВАЙТЕСЬ! Я скоро вернусь за вами», — скомандовала она и заявила. Итак, дети ждали, ждали И ждали, но
их мать так и не вернулась за ними.

Гензель предложил Гретель то, что осталось.

«Это не то, что вы роняли на землю», — вспомнила Гретель.

«Я уронил больше всего
наших скачек в прошлый раз. Мама повела нас сегодня другим маршрутом, и эта глупая птица, должно быть, украла все эти камни. Панировочные сухари будут здесь утром, и мы сможем
— последовал за ними по возвращении домой », — ответил Гензель.

« Утром? Гензель! Я не останусь здесь на ночь, — заявила Гретель.Затем, подумав о панике Гензеля прошлой ночью, Греталь начала: «А что насчет волков? Что насчет…»

«Хорошо. Нет.
нас поймают волки, медведи, пумы, еноты, ондатры или белки. Я получил. Давай просто пообещаем, что выберемся отсюда, — сказал Гензель, прерывая сестру.

Они пообещали друг другу, а потом расслабились на очень маленькой поляне,
отдыхая ногами и играя в угадайку. Внезапно их носы наполнились странно сладким ароматом. Дети следили за чудесным ароматом — он становился сильнее и вкуснее.

Гензель и Гретель наконец добрались до него, истекая слюнями.

Перед их глазами и носами стоял дом, полностью сделанный из самых вкусных на вид сладостей.

Крыша была покрыта пушистой белой глазурью; розовый, липкий
сироп сбрызгал и капал по сторонам темного шоколада; дверная рама из резинки пропиталась искрящейся сахарной пудрой; пенистая река из молочного шоколада текла под
пряничный мостик, ведущий к пряничной двери; и сад леденцов располагался перед большим окном из кристаллизованного сахара.

Гензель и Гретель на мгновение стояли ошеломленные, а затем
без осторожности и колебаний они побежали к дому и начали набивать себе лица конфетами.

«Какие прелестницы пришли сегодня в мой дом?» — завизжал странный голос.

Гензель и Гретель остановились и уставились друг на друга — каждый был в беспорядке и весь в конфетах.

«Ух!» — закричали они в унисон.

«Ой, два малыша, чтобы повеселиться!» — снова завизжал голос.Гензель и Гретель повернулись и
уставился на очень маленькую женщину с растрепанными волосами в длинном розовом платье. Она выглядела очень странно и пахла довольно забавно — слишком сладко.

Затем старуха пригласила Гензеля
и Гретель в ее дом.

«Здесь еще конфеты! Свежие конфеты, мои сладости!» — позвала она их, приглашая войти в свой дом.

Гензель сразу же вбежал в кондитерскую.
несмотря на осторожные протесты Гретель. Постояв немного на улице, старуха высунула из домика свою зубастую голову и поманила Гретель:

«Заходи, проходи.Боже мой, ты очень хорошенькая! »

С этим, наряду с ее представлением о Гензеле, запихивающем свое лицо в интерьер дома, Гретель в конце концов вошла внутрь.

Когда Гретель вошла в дом, она сразу услышала, как за ней тяжело захлопнулась пряничная дверь. Она
обернулся и заметил, что вся внутренняя часть кондитерского дома сделана из прочной стали. Внутри дома были сумки и мешки с блестящими золотыми монетами.

Гретель запрокинула голову
вокруг, чтобы увидеть, что Гензель был заперт в клетке, висящей прямо над кипящей водой! Эта женщина была вовсе не женщиной — она ​​была ЗЛОЙ ВЕДЬМОЙ!

«А теперь сядь за стол, маленький
красивая, — скомандовала злая ведьма Гретель.«Помоги мне нарезать эти отбивные. Мы собираемся его откормить!» — взволнованно воскликнула она, указывая на Гензеля.

Теперь Гретель поняла
план: она использовала свой кондитерский домик, чтобы заманить их внутрь, чтобы съесть их на ужин!

Гретель думала, что вся надежда потеряна, когда она сидела за большим металлическим столом, нарезая мясо. Она
рыдал и резал; она резала и рыдала. Гретель наполнила три больших ведра жирной пищей, которую старушка приготовила в своем большом котле.Бедный Гензель сидел с тревогой, думая о
способ убежать. Он смотрел, как Гретель бросила объедки и кости в отдельную кучу рядом с ведрами с нарезанным мясом.

Внезапно Гензелю пришла в голову блестящая идея: он начал
сильный кашель — в попытке привлечь внимание Гретель.

«Ой, брось хакинг! Тебе лучше не болеть, если я собираюсь тебя перекусить!» — закричала злая ведьма. Все волнения вызвали
Гретель посмотрела в сторону Гензеля.Он жестом указал ей отвлечь злую ведьму. Видя отчаяние своего бедного брата, Гретель обыскивала свой мозг в поисках способа отвлечь злую ведьму.

Немного подумав, Гретель заплакала и уронила нож:

«Ой!» воскликнула она.

«Что ты делаешь? Возвращайся к работе!» злая, эгоистичная ведьма снова вскрикнула.

«Кажется, я видел … Кажется, я видел … ДРАКОНА снаружи!» — воскликнула Гретель.
убедительно. Гензель сдерживал смех, поскольку утверждения Гретель становились все более и более нелепыми.

«ДРАКОН, говорите?» — спросила злая ведьма.

«О боже.
Я определенно видел дракона! Он обязательно сожжет лес своим огненным дыханием, и тогда ваш сладкий домик откроется всем взрослым на земле! »
— заявила Гретель. «Как будет
вы когда-нибудь ловите детей, если ваш кондитерский домик не является секретом для взрослых — кто больше не может чувствовать сладость конфет? »- спросила Гретель своим сладким, как сироп, голосом.
с крыши капало.

Этим злая ведьма отперла стальную и / или имбирную дверь и выбежала наружу в поисках предполагаемого дракона.

Гензель жестом жестом показал Гретель передать ему одну из костей.
лежит в куче металлолома. Гретель подняла большую кость, но Гензель покачал головой; она подняла толстую кость, но Гензель покачал головой; а затем на дне стопки Гретель нашла
самая тонкая кость из всех и принесла ее в клетку Гензеля, потому что она знала, для чего он будет ее использовать.

Он рассказал ей свой план как раз вовремя, чтобы они услышали, как злая ведьма спешит в ответ.

Как только Гретель села за большой металлический стол, злая ведьма ворвалась в дом с озадаченным видом.

«Ну, дракона не видно! Ни кончика хвоста, ни запаха дыма!» она
воскликнул.

«Возможно, он учуял твою поездку», — откровенно ответила Гретель, продолжая резать отбивные. «Знаешь, у драконов острое обоняние», — отрывисто сказала она.

«Хм / ч… Нарезать
больше! Чем больше, тем лучше, симпатичная! — потребовала злая ведьма, закрывая стальную дверь, но забыв ее запереть.

Пока злая ведьма сосредоточилась на разрезании Гретель, Гензель тихонько маневрировал.
тонкая кость в замочной скважине его клетки:

КЛИНК! НАЖМИТЕ !! ДИНГ !!!

Медленно и тихо Гензель удалил кость и терпеливо ждал, пока его план осуществится.

Когда Гретель закончила резать, злая ведьма подошла к горшку.
расположен прямо под Гензелем.

«Ну? Чего ты ждешь, красотка? Помоги мне достать эту еду в горшок!» — приказала злая ведьма Гретель.

«Хм. Этот горшок не совсем
достаточно жарко, — сказала Гретель.

«Я окуну твои ножки, и мы проверим», — усмехнулась злая ведьма.

«Как ты можешь поверить, что я скажу, что он достаточно горячий? Я обязательно совру, а потом
еда никогда не будет приготовлена ​​для моего брата, — ответила Гретель.

Злая ведьма нахмурилась и посмотрела с котелка на Гретель и обратно.»О, я полагаю, ты прав. Останься
там. Я проверю, не закипела ли вода, — фыркнула злая ведьма.

Гретель осталась позади, когда злая ведьма подошла к горшку. Гретель ждала сигнала Гензеля.

Так же, как и
злая, эгоистичная ведьма поднесла кончик своего длинного кривого носа к кипящей воде, Гензель распахнул дверь своей клетки. Это дало Гретель сигнал столкнуть злую ведьму в кипящую воду. В
злая ведьма перевернулась в горшок как раз вовремя, чтобы Гензель приземлился прямо ей на голову, избегая горячей воды под его ногами.Жар воды растопил старую ведьму в сладкий липкий сироп.

Дети выбежали из дома после того, как собрали мешки с золотом, которые злая ведьма украла за долгие годы у других детей, пришедших из ее леденцового домика.

Гензель и Гретель пошли по тропинке, с которой они впервые почувствовали запах конфет, пока не достигли очень маленькой поляны, где Гензель последний раз бросал хлебные крошки; тем не мение,
дети обнаружили, что их хлебные крошки были съедены и заменены их любимыми украденными прыгающими камнями не кем иным, как негодяйской птицей, которая их украла.Птица чирикала
счастливо, когда он закончил свою последнюю хлебную крошку.

Видимо, птичка тоже проголодалась!

Гензель и Гретель собрали свои прыгающие камни в мешки с золотом и пошли дальше.
дома.

Когда они прибыли, они попали в объятия своего отца, который овдовел после того, как их мать, по иронии судьбы, умерла от пищевого отравления.

Их отец
приветствовал их дома и извинился за то, что позволил эгоизму матери одолеть его.Они заботились о нем с жалостью до самой его смерти от более медленного, более тонкого и, к сожалению, более болезненного пищевого отравления вскоре после этого.

Два брата и сестры счастливо прожили вместе остаток своих дней, делясь своим новообретенным богатством с землей и,
конечно, перепрыгивая камни в озере на полмили, кормя своих озорных птиц панировочными сухарями.

Конец.

Версия для печати

    Меня зовут Таша Гюнтер.В настоящее время я живу в Гамильтоне, Онтарио, Канада, пока я получаю докторскую степень в области культурологии с акцентом на цифровые культуры в Университете Макмастера. Я заядлый писатель академических эссе / книжных глав, но мне также нравится писать рассказы и научно-популярные статьи. Вы можете прочитать больше о моих работах по DLTKsCrafts здесь!

    Помимо обучения, изучения и размышлений о цифровых платформах и критической теории, я ценю долгие беседы с близкими друзьями, чтение стихов и фотографирование моей кошки.Узнайте больше обо мне здесь или свяжитесь со мной в моих учетных записях Instagram, Twitter, VSCO и Facebook.

Тревожная правдивая история Гензеля и Гретель

Когда в 1314 году в Европе разразился большой голод, матери бросали своих детей, а в некоторых случаях даже ели их. Ученые считают, что эти трагедии породили историю Гензеля и Гретель.

Печально известная сказка о Гензеле и Гретель была переведена на 160 языков с тех пор, как братья Гримм впервые опубликовали немецкие предания в 1812 году.

Каким бы мрачным ни был этот сюжет, рассказывающий о брошенных детях, попытках каннибализма, порабощении и убийстве. К сожалению, истоки этой истории столь же, если не более, ужасны.

Большинство людей знакомы с этой историей, но для тех, кто не знаком, она начинается с пары детей, которых голодающие родители должны бросить в лесу. Дети, Гензель и Гретель, узнают о планах своих родителей и находят дорогу домой по тропе из камней, которые Гензель уронил ранее.Мать или мачеха, по некоторым рассказам, затем убеждает отца отказаться от детей во второй раз.

На этот раз Гензель бросает панировочные сухари, чтобы следовать домой, но птицы едят панировочные сухари, и дети теряются в лесу.

Wikimedia Commons — изображение Гензеля, оставляющего след, чтобы идти домой.

Пара голодающих наткнулась на пряничный домик, который они начали жадно есть. Без их ведома, дом на самом деле является ловушкой, устроенной старой ведьмой или людоедом, которая порабощает Гретель и заставляет ее перекармливать Гензеля, чтобы его могла съесть сама ведьма.

Паре удается сбежать, когда Гретель запихивает ведьму в духовку. Они возвращаются домой с сокровищами ведьмы и обнаруживают, что их злого матриарха больше нет и считают мертвым, поэтому они живут долго и счастливо.

Но подлинная история сказки о Гензеле и Гретель не так счастлива, как этот финал.

Братья Гримм

Современные читатели знают Гензеля и Гретель по произведениям немецких братьев Якоба и Вильгельма Гримм. Братья были неразлучными учеными, медиевистами, страстно увлекавшимися коллекционированием немецкого фольклора.

Между 1812 и 1857 годами братья опубликовали более 200 рассказов в семи различных изданиях, которые с тех пор стали известны на английском языке как Сказки Гримма .

Якоб и Вильгельм Гримм никогда не планировали, что их рассказы будут для детей per se , скорее братья стремились сохранить германский фольклор в регионе, культура которого была захвачена Францией во время наполеоновских войн.

Wikimedia Commons Вильгельм Гримм (слева) и Якоб Гримм на картине Элизабет Джерихау-Бауманн 1855 года.

Фактически, в ранних изданиях работы братьев Гримм, опубликованных как Kinder und Hausmärchen или Детские и домашние сказки , не было иллюстраций. Множество научных сносок. Истории были мрачными и наполненными убийствами и хаосом.

Тем не менее, истории быстро прижились. Сказки Гримма имели такую ​​универсальную привлекательность, что в конечном итоге только в Соединенных Штатах было выпущено более 120 различных изданий.

В этих историях фигурирует звездный состав известных персонажей, включая Золушку, Рапунцель, Румпельштильцхен, Белоснежку, Красную Шапочку и, конечно же, Гензель и Гретель.

Правдивая история Гензеля и Гретель

Wikimedia Commons Происхождение Гензеля и Гретель, возможно, мрачнее, чем сама история.

Правдивая история Гензеля и Гретель восходит к группе сказок, возникших в Балтийских регионах во время Великого голода 1314–1322 годов. Вулканическая активность в Юго-Восточной Азии и Новой Зеландии положила начало периоду длительного изменения климата, которое привело к появлению урожая. неудачи и массовый голод по всему миру.

В Европе ситуация была особенно тяжелой, поскольку запасы продовольствия и без того были скудными.Когда грянул Великий голод, результаты были ужасающими. Один ученый подсчитал, что Великий голод поразил 400 000 квадратных миль Европы, 30 миллионов человек и, возможно, убил до 25 процентов населения в определенных областях.

При этом пожилые люди добровольно умерли от голода, чтобы позволить молодым жить. Другие совершили детоубийство или бросили своих детей. Есть также свидетельства каннибализма. Вильгельм Розен в своей книге Третий всадник цитирует эстонскую хронику, в которой говорится, что в 1315 году «матери кормили своих детей.”

Ирландский летописец также писал, что голод был настолько плох, что люди «были настолько уничтожены голодом, что извлекали тела мертвых с кладбищ, выкапывали плоть из черепов и ели ее, а женщины ели своих детей от голода».

Wikimedia Commons — изображение Гензеля и Гретель, осторожно шагающих по лесу, 1868 года.

И именно из этого мрачного хаоса родилась история Гензеля и Гретель.

Поучительные сказки, предшествовавшие Гензелю и Гретель, напрямую касались тем, брошенных и выживших.Почти во всех этих историях лес также использовался как картина для опасностей, магии и смерти.

Один из таких примеров исходит от итальянского коллекционера сказок Джамбаттиста Базиле, который опубликовал ряд рассказов в своем 17 веке Pentamerone . В его версии под названием Неннилло и Неннелла жестокая мачеха вынуждает мужа бросить двух своих детей в лесу. Отец пытается помешать заговору, оставляя детям след из овса, но их съедает осел.

Однако самой мрачной из этих ранних сказок является румынская история Маленький мальчик и злая мачеха . В этой сказке двое брошенных детей идут домой по следу пепла. Но когда они возвращаются домой, мачеха убивает маленького мальчика и заставляет сестру приготовить его труп к семейной трапезе.

Испуганная девочка подчиняется, но прячет сердце мальчика в дереве. Отец бессознательно ест своего сына, а сестра отказывается участвовать.После еды девушка берет кости брата и кладет их сердцем внутрь дерева. На следующий день появляется кукушка и поет: «Кукушка! Моя сестра приготовила меня, и мой отец съел меня, но теперь я кукушка и в безопасности от мачехи ».

Напуганная мачеха бросает в птицу кусок соли, но тот падает ей на голову, мгновенно убивая ее.

Развивающаяся история с новыми взглядами

Трейлер адаптации классической истории Гретель и Гензель 2020 года.

Непосредственным источником истории Гензеля и Гретель в том виде, в каком мы ее знаем, является Генриетта Доротея Уайлд, соседка братьев Гримм, которая рассказала многие сказки для их первого издания. В итоге она вышла замуж за Вильгельма.

Оригинальные версии произведений братьев Гримм «Гензель и Гретель» со временем менялись. Возможно, братья знали, что их рассказы читают дети, и поэтому к последнему изданию, которое они опубликовали, они несколько подправили рассказы.

Там, где мать отказалась от своих биологических детей в первых версиях, к тому времени, когда было напечатано последнее издание 1857 года, она превратилась в архетипическую злую мачеху. Роль отца также была смягчена изданием 1857 года, поскольку он выразил большее сожаление о своих действиях.

Тем временем история Гензеля и Гретель продолжает развиваться. Сегодня есть версии, предназначенные для дошкольников, например, рассказ детского автора Мерсера Майера, который даже не пытается затронуть ни одну из тем отказа от детей.

Время от времени сказка пытается вернуться к своим темным корням. В 2020 году картина Гретель и Гензель: мрачная сказка компании Orion Picture выйдет в кинотеатры и, похоже, подстрахуется на сторону жуткости. В этой версии братья и сестры ищут в лесу еду и работают, чтобы помочь своим родителям, когда они встречают ведьму.

Похоже, что настоящая история Гензеля и Гретель все еще может быть мрачнее, чем даже эта последняя версия.


После этого взгляда на историю Гензеля и Гретель ознакомьтесь с другими сказками с помощью этой краткой биографии Шарля Перро, французского отца сказок.Затем узнайте истинную историю легенды о Сонной лощине.

Гензель и Гретель ~ Детские сказки

Спасибо, художник Nikogeyer

Давным-давно брат и сестра по имени Гензель и Гретель жили в хижине в лесу со своим отцом, который был бедным дровосеком, и его женой, их мачехой. Мачеха сильно усложнила им жизнь. Им не разрешалось есть до тех пор, пока мачеха не убрала с тарелок все, что она хотела.В большинстве случаев от хлеба оставалась только корочка. И весь день они выполняли тяжелую работу по дому.

Гензель и Гретель пытались рассказать об этом своему отцу, но он не хотел об этом слышать. Казалось, он будет слушать только свою жену. И все, о чем говорила мачеха, было о том, как много проблем иметь детей в хижине и как ей хотелось, чтобы они уехали навсегда.

Спасибо художнику, DartGarry

С каждым днем ​​мальчика и девочки было все меньше и меньше еды.Однако мачеха давала им все больше и больше работы. Однажды Гретель умоляла отца: «Пожалуйста, отец! Целый день мы много работаем и голодны! » Но мачеха ударила ее по лицу. «Вы неблагодарные ребята!» — кричала она. «Вы съедите нас из дома и из дома!»

В ту ночь двоим детям не разрешили спать в хижине. На улице на морозе они дрожали и пытались согреть друг друга. Приближалась зима, и одежда на них была такой тонкой, что казалось, будто на них совсем нет одежды.

На следующее утро, когда взошло солнце, Гретель повернулась к своему младшему брату. «Гензель, — сказала она, — мы не можем здесь оставаться. Мы должны бежать прямо сейчас, в лес! Конечно, когда мы одни, мы найдем больше еды, чем то, что мы получаем здесь, дома ».

«Как вы думаете?» — сказал Гензель. «Но что, если мы заблудимся?»

«Не будем!» — сказала Гретель. «Я возьму хлеб. Мы бросим за собой панировочные сухари. Если придется, мы сможем вернуться домой за крохами ».

И так они двое ушли в лес и оставили свою тяжелую жизнь позади.

Они уходили все глубже и глубже в лес. Гретель старалась уронить одну крошку, а затем, через некоторое время, другую.

Спасибо художнице, AlyssaTallent

Но увы! Они искали любые признаки еды — яблони, груши, орехов на земле или даже засохших ягод. Кушать было нечего! Они становились все голоднее и голоднее. Наконец бедные Гензель и Гретель поняли, что им нужно вернуться в свою хижину, иначе они наверняка умрут с голоду.Им просто нужно найти панировочные сухари, и это приведет их домой. Но когда они искали панировочные сухари, их не было — все панировочные сухари пропали!

Птица со свистом взмыла в воздух, и в ее клюве была большая крошка. Гензель и Гретель были поражены горем — должно быть, птицы съели все свои панировочные сухари! Вдали завыл волк. Солнце садилось. Гензель и Гретель заблудились и проголодались. Теперь они тоже были напуганы.

Спасибо художнице, Дарьяазолина

— Гретель, — испуганно прошептал Гензель, — что мы будем делать? Она не знала, что сказать.Все, что она могла сделать, это обнять своего младшего брата. С каждой минутой становилось все темнее и темнее. И снова вдали завыл волк.

Внезапно Гретель увидела слабый свет, сияющий вдали. Может быть, это чья-то хижина так глубоко в лесу? «Мы должны выяснить!» — воскликнула Гретель. «Может быть, тот, кто там живет, будет добрым и примет нас».

Двое детей как можно быстрее помчались к свету.

Спасибо художнику, Seethemagic

Когда они подошли ближе, они не поверили своим глазам! Если вы представляете — сверху донизу изба была сделана вся из конфет! С его пряничной крышей, с глазурью по всем стенам и с заправленными в глазурь конфетами, какое зрелище!

«Гретель!» — вскричал Гензель.Прежде чем Гретель успела сказать: «Держу пари, будет хорошо, если мы немного попробуем», они оба уже откусывали маленькие кусочки и облизывали сладкую конфету.

Резкий голос! — «КТО грызет мой дом?» Гензель и Гретель обернулись. Старая ведьма!

Спасибо художнику, Kteacrumpet

Ошеломленная Гретель могла только сделать реверанс. «Пожалуйста, мэм, — сказала она так ласково, как только могла. — В вашем доме было столько конфет.И мы так голодны! »

«Ты имеешь право, МОЙ дом!» — рявкнула ведьма. Ее голос упал. «Ну, тогда, — сказала ведьма более мягким тоном, — заходи внутрь. Я принесу тебе что-нибудь поесть.

Гензель и Гретель восхищенно переглянулись. Они прыгнули в хижину ведьмы.

Прекрасное блюдо из супа и хлеба. Когда они облизывали последнюю корку хлеба и оглядывались вокруг хижины, то, что увидели брат и сестра, заставило их сердца похолодеть. Груды и груды костей по углам! Однако двое детей очень устали и поэтому заснули.

На следующее утро, когда они проснулись, Гензель обнаружил, что заперт в клетке. Ведьма взревела: «Вот где останется твой брат! Каждый день буду откармливать его. Скоро он приготовит мне прекрасный обед! » Она смеялась и смеялась, весело потирая руки. «А пока, — резко сказала она Гретель, — ты будешь работать на меня».

Спасибо художнику, beckyholly

Действительно, Гензель был сытым, а Гретель весь день усердно работала по хозяйству для ведьмы.

Каждое утро ведьма говорила мальчику: «Покажи мне свой палец. Я буду чувствовать, насколько ты располнеешь «. Ведь старая ведьма плохо видела. Гензель протянул палец, как ему сказали. Ведьма улыбнулась, когда почувствовала, насколько он располнел.

— Гретель, — испуганно прошептал Гензель, — что нам делать? Скоро я стану достаточно толстым, и ведьма захочет меня съесть! » Его сестра хотела, чтобы у нее был план, но ничего не могла придумать.

Однажды ночью, когда ведьма спала, Гретель пришла в голову идея.Она взяла кость из одной из куч на полу и разбудила брата. «Гензель, — сказала она, — в следующий раз, когда ведьма попросит показать твой палец, протяни ей эту кость».

На следующее утро он так и сделал. «Хммм!» — сказала ведьма, коснувшись кости и подумав, что это палец мальчика. «Это займет больше времени, чем я думал!»

«По крайней мере, у меня есть больше времени», — подумала Гретель. Но все же она не могла придумать, как им выбраться оттуда.

Каждое утро, когда ведьма говорила: «Покажи мне свой палец», Гензель протягивал тонкую кость.Однажды ведьма закричала: «Я не дождусь другого дня! Мальчик будет моим обедом сегодня вечером, каким бы худым он ни был! » Ведьма приказала Гретель немедленно развести огонь в духовке. Ей должно быть очень жарко. Гретель работала как можно медленнее. Почему ведьма смотрела на нее с такой лукавой улыбкой?

Спасибо художнику, yaelly

«Будь милым», — медленно мрачно сказала ведьма. «Зайди в духовку, а? Скажите, достаточно ли жарко.”

Сердце Гретель екнуло. Если она это сделает, ведьма сможет затолкнуть ее внутрь, и она съест их обоих!

Она посмотрела вниз. «Я не знаю, как сказать».

«Ерунда!» сказала ведьма. «Нет ничего проще. Просто войдите! »

— Хм, — медленно сказала Гретель, — сначала покажи мне, пожалуйста?

«Глупая девочка!» — огрызнулась ведьма. Бормоча и ворча, она ступила в духовку. В тот момент, когда ведьма оказалась внутри, Гретель быстро захлопнула дверь.

Спасибо художнику, Тедди 529

«Гретель!» — вскричал Гензель.«Ты спас нас!»

Сестра пыталась думать быстро. «Где этот ключ от твоей клетки?» Она смотрела и смотрела. Наконец она нашла его на дне вазы. Она сразу же освободила брата из клетки. Затем она вернулась к той вазе. Что она чувствовала под ключом? Ведь внутри вазы были драгоценные камни!

С их карманами, набитыми драгоценностями, они выбежали наружу так быстро, как могли. При дневном свете они вскоре нашли небольшую тропинку и пошли по ней. Это вело к более широкой тропе, и эта тропа вела к дороге.Они ждали у обочины в надежде, что кто-нибудь проедет мимо. Когда подбежал всадник, Гензель и Гретель замахали руками. Когда всадник остановился, дети предложили одно из маленьких драгоценностей, и всадник с радостью отвез их домой.

Когда брат и сестра открыли дверь в свой дом, их отец пришел в ярость от радости, увидев их. Он волновался и искал их день и ночь с тех пор, как они исчезли. Они узнали, что их мачеха умерла вскоре после их отъезда.Долгие годы Гензель и Гретель очень счастливо жили со своим отцом в хижине в лесу.

Спасибо художнику, DartGarry

Think & Share Questions — Прокрутите вниз, чтобы увидеть комментарии от Other Kids!

Выберите один вопрос. Поделитесь своей мыслью в поле для комментариев:

Вопрос 1 — Выберите персонажа. Как этот человек или животное изменились / выросли / узнали к концу рассказа?

Вопрос 2 — Скажите то, что, по вашему мнению, пытается вам показать история.

Гензель и Гретель — Текст и аудио

Много лет назад жил лесоруб. Он жил в глубине леса со своей женой. Она была добрая и нежная женщина. У них было двое детей: Гензель и Гретель.

Денег в семье было не так много, но в доме всегда было уютно и тепло, а у детей всегда были суп и хлеб. Они никогда не голодали.

Однажды была ужасно холодная зима, и мать Гензеля и Гретель заболела и умерла.

Со временем дровосек женился на другой женщине, но она не была доброй и нежной.Она была жестокой и эгоистичной. Она хотела быть богатой, и ей хотелось есть необычные продукты, такие как ростбиф, картофельное пюре, горох, кукурузу, лимонные пирожные и экзотические фрукты из солнечных земель.

Она была зол, что они могли позволить себе только суп и хлеб на каждый прием пищи.
«Суп и хлеб! Суп и хлеб! Каждый день! Суп и хлеб! Я так устал от супа и хлеба!» она жаловалась.

Мачеха была особенно жестока по отношению к Гензелю и Гретель, потому что считала их причиной бедности семьи.

«Вы, дети, слишком много едите! Это ваша вина, что у нас есть только суп и хлеб!»

Она хотела, чтобы дети ушли.

Однажды, когда дровосек был на полке, мачеха позвала Гензель и Гретель на кухню их коттеджа.

«Недостаточно еды, чтобы приготовить суп к обеду» , — сказала мачеха. «Сегодня мы все проголодаемся. Идите в лес и соберите несколько грибов, чтобы приготовить грибной суп. Я знаю, где растут лучшие грибы… »

Затем она дала им самые запутанные направления, которые только могла придумать.Она знала, что они никогда не смогут найти дорогу домой.

«Идите на север в течение двух часов, поверните налево у высоких деревьев, идите на восток в течение двадцати минут, продолжайте движение прямо, пересеките ручей, поверните направо на главную дорогу, пройдите через дыру в заборе, пройдите под мостом. (берегитесь тролля), а затем в трех милях от леса вы найдете несколько грибов под деревом. Идите сейчас, чтобы успеть к обеду «.

Гензель и Гретель были напуганы.Они знали, что лес глубокий и темный, и что в нем легко заблудиться.

«Не волнуйтесь! У меня есть план!» прошептал Гензель Гретель. Он подошел к задней части дома и набил карманы белыми камешками из сада.

Затем двое детей пошли дальше, следуя указаниям мачехи. Каждые несколько шагов Гензель бросал на них маленький белый камешек. землю.

Шли часами, но грибов не нашли.

«Уже почти ночь.Я боюсь, — сказала , плача, Гретель.
— Не волнуйся. Я найду дорогу домой! » сказал Гензель.

Гензель подождал, пока не станет яркой луна. Лунный свет проникал сквозь высокие деревья и заставлял его крошечные белые камешки светиться. Они шли по следу из гальки до самого дома.

Мачеха была в ярости. Она не ожидала, что дети найдут дорогу домой.

«Дурачки! Где грибы? » кричала мачеха. « Теперь нам нечего есть! Сегодня вечером для тебя ужина не будет! Иди прямо в постель! »

Дети легли спать голодными.

На следующее утро, когда дровосек ушел на работу, мачеха разбудила детей.

«Просыпайтесь! Просыпайтесь, дурачки! Сегодня день рождения твоего отца. Я хочу приготовить ему яблочный пирог на ужин в его день рождения. Идите в лес и соберите несколько яблок. На этот раз я тоже приду. Я знаю, где можно найти большую яблоню ».

Она дала им на обед буханку хлеба, а затем поспешила вывести их из дома. Гензель не успел собрать камешки.

Но у умного Гензеля был план. Он не ел хлеба на обед. Вместо этого он разорвал его на крошечные крошки. Каждые несколько шагов он бросал крошку, чтобы обозначить путь.

Они последовали за мачехой по тропинке, за угол и через лес. «Дальше! Дальше!» сказала мачеха.

Ушли глубже в лес. Они повернули налево. Они повернули направо. «Дальше! Дальше!» сказала мачеха.

Наконец они остановились, и мачеха села отдыхать.Она указала на очень темную часть леса. «Вон яблоня!»

Дети пошли глубже в лес, но яблони не увидели.

«Где?» они позвонили.
«Еще немного!» позвонила мачеха.

Гензель и Гретель шли все глубже и глубже в лес, но яблони так и не увидели.
«Где?» позвонили второй раз.
«Еще немного!» ответила мачеха.Теперь ее голос был очень слабым.

Гензель и Гретель шли и шли все глубже и глубже. Никакой яблони.
«Где?» звонили в третий раз.

Но мачеха не ответила. Она ушла.

«О нет! Мы потерялись!» сказала Гретель, плача.
«Не волнуйтесь, у меня есть план», — сказал Гензель.

Он обернулся, чтобы найти крошки, но их уже не было! Голодные птицы украли каждый кусок хлеба!

«Мне страшно», — заплакала Гретель. «А мне холодно, и я хочу есть, и я хочу домой!»

«Не волнуйтесь. Все будет хорошо», — сказал Гензель, пытаясь быть храбрым. Но он тоже был напуган.

В ту ночь дети спали в мягких кустах, чтобы согреться.

Когда они проснулись, светило солнце, пели птицы, и в воздухе стоял сладкий, восхитительный запах.

«Я так голодна», — сказала Гретель. «Мне кажется, я чувствую запах печенья…. «
« Смотрите! »- сказал Гензель, указывая. «Дом!»

Это был самый странный дом, который они когда-либо видели. Стены были похожи на желтое лимонное печенье. Окна выглядели как шоколадные. Крыша выглядела так, будто сделана из зелено-красных конфет.

Гензель голодал. Он побежал к дому и отломил кусок стены. «На вкус как лимонное печенье!» сказал он удивленно.

Гретель схватила кусок окна и засунула его в рот. «Это шоколад!»

Дети не могли перестать есть.

«Мы останемся здесь навсегда», — заявил Гензель, жевая яблочный пирог на веранде.

Они как раз собирались попробовать кусок фиолетовой дверцы леденца, когда она тихо распахнулась.

«Здравствуйте!» сказала старушка из-за двери. «Вы, дети, любите сладкое? У меня дома еще есть! Заходите! Заходите! Не бойтесь!»

Старушка выглядела доброй и дружелюбной, поэтому двое детей вошли внутрь.
О нет! Плохая идея! Старуха была совсем не добра и дружелюбна.Она была злой ведьмой!

Как только Гензель и Гретель оказались внутри, она захлопнула дверь и заперла ее. Дети оказались в ловушке.

Ведьма схватила Гензеля за запястье. «Ты слишком худой!» она сказала. «Я должен откормить тебя, прежде чем я тебя съем!» Затем она бросила Гензеля в клетку и заперла дверь.

Она повернулась к Гретель. «Глупая девочка. Ты будешь делать домашние дела, я тебя тоже съем!»

Гензель заплакал. «Пожалуйста, не ешь меня!» он умолял.
Но Гретель оставалась спокойной. «Не волнуйтесь. Теперь у меня есть план! » прошептала Гретель.

Тогда Гретель прокралась к брату и дала ему веточку. «Завтра утром ведьма увидит, достаточно ли ты толст, чтобы есть. Когда она придет, дайте ей эту веточку вместо пальца », — приказала она .

Разумеется, утром ведьма проковыляла к Гензелю и зарычала: «Воткните пальцем в клетку.Я хочу посмотреть, достаточно ли ты толст, чтобы есть! »

Гензель протянул ветку.

«Ты все еще слишком худой!» она жаловалась. «Подойди сюда, глупая девчонка, и дай своему брату съесть еще сладостей».

Так продолжалось всю неделю. Каждый день ведьма проверяла, достаточно ли толстый Гензель. Каждый день Гензель протягивал веточку.

Наконец-то ведьме надоело ждать. На восьмой день она позвонила Гретель: «Иди сюда, глупая девочка! Разожги духовку.Сегодня я буду есть жареного мальчика с морковью и подливкой! Проверь, достаточно ли горячая духовка, чтобы запечь твоего брата ».

Но у умной маленькой Гретель был другой план. Она заплакала. « Но я слишком глупа. Как узнать, достаточно ли горячая духовка? Вы можете показать мне? « она спросила.

Ведьма пробормотала и ворчала: » Бесполезный ребенок! Я сам проверю духовку ».

Ведьма наклонилась, чтобы посмотреть на ярко-оранжевое пламя, и быстро Гретель толкнула ее в духовку и захлопнула дверцу. THUD!
Это был конец ведьмы.

Гретель открыла клетку Гензеля. Дети нашли корзину и наполнили ее тортами и печеньем, пирогами и конфетами. Затем они убежали так быстро, как могли.

Бежали всю ночь. Бежали по лесу. Они побежали под мост. Они пролезли через дыру в заборе. Они повернули налево. Они повернули направо. Оставили. Правильно. Оставили. Правильно. В конце концов они услышали издалека кто-то рубит дерево.

Это был дровосек! Дети подбежали к отцу, обняли его и поцеловали.Он плакал и плакал. Но на самом деле он был очень счастлив.

«Мои милые, милые дети! Где вы были?»

Гензель и Гретель рассказали лесорубу всю историю. Когда он услышал, что мачеха бросила их в лесу, он пришел в ярость. Он приказал мачехе немедленно покинуть дом и больше не возвращаться.

В ту ночь Гензель, Гретель и их отец поздно отпраздновали день рождения. Они съели все сладости из корзины: вишневый пирог, шоколадный торт, зеленые и красные конфеты, синие леденцы и имбирные пряники.

Позже в том же году Гензель и Гретель посещали пекарню в городе и увидели старуху, выпрашивающую монеты. Это была их мачеха!

«Дети! Пожалуйста, помогите мне! Я голоден!» она умоляла.

Гретель на мгновение задумалась. Она вошла в пекарню и купила небольшую буханку хлеба и небольшую тарелку супа.

«Вот», — сказала Гретель. «Суп и хлеб. Ваш любимый.»

Гензель и Гретель больше никогда не видели мачеху.

Сказка о Гензеле и Гретель | Fairytales

На опушке большого леса жил бедный дровосек с женой и двумя детьми; мальчика звали Гензель, а девочку Гретель. У него было мало, чтобы положить в живот, и однажды, когда на землю обрушился великий голод, он не смог даже обеспечить их хлебом насущным. Однажды вечером, лежа в постели, размышляя об этом и ворочаясь от беспокойства, он вздохнул и сказал жене: «Что с нами будет? Как мы можем прокормить наших бедных детей, если у нас ничего не осталось для себя?» «Знаешь что, муж?» ответила его жена.«Завтра утром, очень рано, давайте возьмем двоих детей в лес, где он самый густой. Там мы зажжем им костер и дадим каждому из них лишний кусок хлеба, а затем пойдем на работу. и оставьте их наедине с собой. Они не найдут дорогу домой, и мы избавимся от них. «Нет, жена, — сказал мужчина, — этого я не сделаю; как у меня хватило духу оставить своих детей одних в лесу; вскоре пришли дикие звери и разорвали их в клочья ».« О, дурак, — сказала она, — тогда мы обязательно умрем с голоду, все четверо; можно просто строгать доски для гробов.«И она не давала ему покоя, пока он не подчинился.« Но мне все равно жаль детей », — сказал муж.

Двое детей тоже не могли уснуть от голода, и они слышали, что мачеха сказала их отцу. Гретель горько заплакала и сказала Гензелю: «Теперь все кончено с нами». «Тише, Гретель, — сказал Гензель, — не волнуйся, я вытащу нас из этого». А когда взрослые заснули, он встал, надел куртку, открыл дверь внизу и выскользнул.Ясно светила луна, а белая галька перед домом блестела, как пенни. Гензель нагнулся и набил в свой маленький карман столько, сколько смог. Потом он вернулся и сказал Гретель: «Не волнуйся, дорогая сестра, иди спать спокойно. Бог не оставит нас», и лег на свою кровать.

На рассвете, еще до восхода солнца, женщина подошла и разбудила двоих детей. «Вставай, пара лентяев, мы хотим пойти в лес за дровами.«Затем она дала каждому по кусочку хлеба, сказав:« Вот что-нибудь на полдень ». Но помните, что не ешьте его раньше, потому что вы больше не получите. Гретель взяла хлеб под фартук, потому что у Гензеля были камни в кармане. Затем они все вместе направились к лесу. они шли какое-то время, пока Гензель остановился и посмотрел на дом, и делал это снова и снова. Его отец сказал: «Гензель, на что ты смотришь? Почему ты все время бездельничаешь? Берегись, мой мальчик, и не забывай, куда ты идешь.«О, отец, — сказал Гензель, — я снова смотрю на свою маленькую белую кошечку; она сидит на крыше и хочет попрощаться ». Женщина сказала:« Дурочка, это не твоя кошка; это утреннее солнце светит в трубу ». Но Гензель не оглядывался на кота, а каждый раз выкидывал из кармана один из ярких камешков.

Когда они подошли к середине леса их отец сказал: «А теперь, дети, пойдите, соберите дров. Я зажгу огонь, чтобы ты не замерзла.Гензель и Гретель собрали хворост, небольшую гору из него. Хворост был зажжен, и когда пламя поднялось высоко, женщина сказала: «А теперь ложитесь у огня, дети, отдыхайте. Идем в лес рубить дрова. Когда мы закончим, мы вернемся и заберем вас ».

Гензель и Гретель сели у огня, и когда наступил полдень, они съели каждый свой кусок хлеба. их отец был поблизости, но это был не топор дровосека, это была ветка, которую он привязал к мертвому дереву, и она развевалась на ветру.И так как они так долго сидели, их глаза закрылись от усталости, и они заснули крепко. Наконец, когда они проснулись, наступила самая темная ночь. Гретель заплакала и сказала: «Как нам теперь выбраться из леса?» Но Гензель утешал ее: «Подожди немного, пока взойдет луна, и тогда мы найдем дорогу, это точно». И когда взошла полная луна, Гензель взял свою младшую сестру за руку и пошел по гальке, которая сияла, как новенькие гроши, и указала им дорогу.Они гуляли всю ночь и на рассвете прибыли в дом своего отца. Они постучали в дверь, и когда жена открыла ее и увидела, что это Гензель и Гретель, она сказала: «Вы плохие дети, так долго засыпаете в лесу. Мы думали, вы никогда не вернетесь». Но их отец был рад, потому что его ранило, что он оставил их в таком ужасном одиночестве.

Вскоре после этого повсюду настало другое время трудностей, и дети услышали, что их мать говорила их отцу ночью в постели: «Шкаф снова пуст; все, что у нас осталось, — это половина буханки хлеба.После этого все готово. Надо избавиться от детей. Мы отведем их глубже в лес, чтобы они не смогли найти выхода; Иначе нас не спасти ». При этом сердце мужчины тяжело, и он подумал: было бы лучше, если бы ты поделился своим последним укусом с детьми. Но женщина не слушала ничего, что он говорил, и ругала и ругала его. Если вы сделаете первый шаг, вы должны сделать следующий, и, поскольку он уступил в первый раз, он должен был сделать это и во второй раз.

Но дети еще не спали и слушали этот разговор. Когда взрослые заснули, Гензель снова встал и попытался выйти и собрать гальку. Но женщина заперла дверь, и Гензель не мог выйти. Но он утешил свою младшую сестру, сказав: «Не плачь, Гретель, иди спокойно, Господи нам поможет».

Рано утром на следующий день пришла женщина и забрала детей с постели. Им дали кусок хлеба, но он был даже меньше, чем в прошлый раз.По дороге в лес Гензель крошил его в кармане и то и дело останавливался, чтобы бросить крошку на землю. «Гензель, почему ты стоишь и оглядываешься?» — сказал его отец. «Продолжайте свой путь». «Я снова смотрю на свою голубку. Она сидит на крыше и хочет попрощаться», — ответил Гензель. «Дурочка, — сказала женщина, — это не твоя голубка; это утреннее солнышко, сияющее в трубе». Но постепенно Гензель бросал крошки на их пути.

Дети уходят глубже в лес.Иллюстрация: Лаура Барретт

Женщина увела детей еще глубже в лес, где они никогда в жизни не бывали. И снова был зажжен большой костер, и их мать сказала: «Дети, оставайтесь и сидите там, а если вы устали, вы можете немного поспать. Мы идем в лес рубить дрова, а вечером , когда мы закончим, мы придем за тобой «. Когда наступил полдень, Гретель поделилась хлебом с Гензелем, потому что он разбросал свой кусок по дороге. Потом они заснули.Вечер наступил и ушел, но за бедными детьми никто не пришел. Они не просыпались, пока не наступила темная ночь, и Гензель утешил свою младшую сестру и сказал: «Подожди, Гретель, пока не взойдет луна, и тогда мы увидим крошки хлеба, которые я разбросал. Они укажут нам дорогу. дома.» Когда взошла луна, они встали, но не нашли крошек, потому что тысячи и тысячи птиц, летающих в лесу и в поле, клюнули их всех. Гензель сказал Гретель: «Мы обязательно найдем дорогу». Но они этого не сделали.Они гуляли всю ночь, а на следующий день с утра до вечера, но не могли выбраться из леса и были так голодны, потому что не ели ничего, кроме нескольких ягод, которые нашли лежащими на земле. И поскольку они были так утомлены, что их ноги больше не могли их нести, они легли под дерево и заснули.

И вот прошло три дня с тех пор, как они покинули дом своего отца. Они снова пошли пешком, но все глубже и глубже уходили в лес, и, если в ближайшее время не придет помощь, они умрут с голоду.Когда наступил полдень, они увидели прекрасную белоснежную птицу, сидящую на ветке и поющую так красиво, что остановились, чтобы послушать. И когда он закончил, он расправил крылья и полетел впереди них, и они следовали за ним, пока не подошли к маленькому домику, где он сидел на крыше, и когда они подошли совсем близко, они увидели, что дом сделан из хлеба и крыша была сделана из торта; Что касается окон, то они были сделаны из чистого сахара. «Давайте упадем, — сказал Гензель, — и поблагодарю за такую ​​трапезу. Я съем немного с крыши, а Гретель, вы можете съесть часть окна, это будет сладко».Гензель протянул руку и отломил кусок крыши, чтобы поесть, чтобы посмотреть, какой он на вкус, а Гретель стояла у оконных стекол и покусывала их. Затем из гостиной раздался голос:

«Нибблдиди, nibbledyday,

Кто сегодня грызет у меня дома? »

Детям ответили:

« Ветер, ветер,

Небесный друг »

И они продолжали беззаботно есть.Гензель, которому действительно нравилась крыша, оторвал большой кусок, а Гретель выдвинула целое круглое оконное стекло, села и с удовольствием съела его. Вдруг дверь открылась, и из нее выползла старая женщина, опираясь на костыль. Гензель и Гретель были так ужасно напуганы, что уронили то, что держали в руках. Но старуха покачала головой и сказала: «Ну-ну, детки милые, кто вас сюда привел? Заходите и оставайтесь со мной. Вам не причинят никакого вреда».Она взяла их обоих за руку и повела в свой домик. На столе была хорошая еда: молоко и блины с сахаром, яблоки и орехи. Потом были две прекрасные кровати с белыми простынями, и Гензель и Гретель. ложились в них и думали, что они на небесах.

Старуха только притворилась такой доброй; на самом деле она была злой ведьмой, которая подстерегала детей, и она построила маленький хлебный домик только для того, чтобы заманить их Если один из них попадет в ее лапы, она убьет его, приготовит его и съест, и для нее это был настоящий праздник.У ведьм налиты кровью глаза, и они не видят очень далеко, но у них очень тонкое обоняние, как у животных, и они могут определить, когда на их пути появляются человеческие дети. Когда Гензель и Гретель подошли к ней, она злобно засмеялась и со злорадством сказала: «Они у меня. На следующий день рано утром, еще до того, как дети проснулись, она уже встала и, увидев их обоих так сладко отдыхающих, пробормотала себе под нос: «Это будет хороший глоток». Затем она схватила Гензеля своей тощей рукой, унесла его в маленькую загонку и заперла за решеткой; как бы он ни кричал, это было бесполезно.Потом она подошла к Гретель, разбудила ее и закричала: «Вставай, лентяи, принеси воды и приготовь что-нибудь вкусненькое для своего брата. Он заперт на улице в загоне, и его нужно откормить. Когда он хороший и толстый, Я съем его «. Гретель горько заплакала, но напрасно; она должна была сделать то, что приказала злая ведьма.

Бедный Гензель готовил для себя самые лучшие блюда, а Гретель не получала ничего, кроме раковин. Каждое утро старуха кралась в хлеву и кричала: «Гензель, покажи палец, чтобы я почувствовал, как скоро ты будешь откармливаться.Но Гензель протянул ей маленькую косточку, и старуха с тусклыми глазами не могла этого видеть и подумала, что это палец Гензеля, и была озадачена тем, что он совсем не поправился. прошло, а Гензель все еще оставался костлявым, она была охвачена нетерпением и не могла больше ждать. «Эй, Гретель, — крикнула она девушке, — посмотри на себя и принеси воды: толстая или тощая, завтра я зарежу Гензеля. «О, как его бедная младшая сестра плакала, когда ей нужно было принести воду, и как слезы текли по ее щекам!» Дорогой Господь, пожалуйста, помоги нам, — воскликнула она.«Если бы только дикие звери съели нас, мы хотя бы умерли вместе». «Побереги свои стоны, — сказала старуха, — это тебе не поможет».

Рано утром на следующее утро Гретель должна была выйти, повесить котел с водой и зажечь огонь. «Сначала запечём, — сказала старуха. «Я уже топил духовку и замешивал тесто». Она вытолкнула бедную Гретель в печь, в которой уже пылало пламя. «Ползите внутрь, — сказала ведьма, — и посмотрите, правильный ли жар, чтобы мы могли протолкнуть хлеб.«Как только Гретель окажется внутри, она закроет дверцу духовки, и Гретель там зажарит, и она тоже ее съест». Но Гретель поняла, что она имела в виду, и сказала: «Я не знаю, как это сделать. Это. Как мне попасть внутрь? »« Глупый гусь, — сказала старуха, — отверстие достаточно велико. Как видите, я могу залезть сама ». И она подпрыгнула к Гретель и сунула голову в духовку. Затем Гретель толкнула ее так, что ее втолкнули внутрь, быстро закрыла железную дверь и затворила засов.О, потом она начала выть, достаточно, чтобы твоя плоть пошла мурашками; но Гретель убежала, и безбожная ведьма сгорела заживо.

Гретель, однако, побежала прямо к Гензелю, открыла свою ручку и крикнула: «Гензель, мы спасены; старая ведьма мертва». Затем Гензель выскочил, как птица из клетки, когда ее дверь открылась. Как они были рады, они обнимали друг друга, прыгали и целовались! И поскольку им больше не нужно бояться, они вошли в дом ведьмы, и на каждом углу стояли сундуки, полные жемчуга и драгоценных камней.«Они даже лучше, чем галька», — сказал Гензель и набил карманы всем, чем они могли вместить; и Гретель сказала: «Я тоже возьму с собой что-нибудь домой, и наполнила ее фартук до отказа». Но давай уйдем, — сказал Гензель, — «чтобы мы выбрались из леса ведьмы». После того, как они шли уже давно. Через несколько часов они вышли на большой участок воды. Мы не можем перейти, — сказал Гензель, — я не вижу ни пешеходных дорожек, ни моста ». «Здесь тоже нет лодки, — сказала Гретель, — но плавает белая утка.Если я попрошу ее, она поможет нам перебраться ». Затем она позвонила:

« Утка, утенок,

Гензель и Гретель наконец нашли дорогу домой. Иллюстрация: Лаура Барретт

Вот Гретель и Гензель.

Ни моста, ни рельсов,

Давайте поедем на твоей белой спине ».

И маленькая утка действительно подплыла к ним. Гензель сел ей на спину и велел сестре сесть рядом с ним. «Нет, — ответила Гретель, — это будет слишком тяжело для маленькой утки.Она может унести нас одного за другим ».

Доброе маленькое создание так и сделало, и когда они закончили без происшествий и пошли некоторое время, лес казался им все более и более знакомым, и, наконец, издалека они могли видеть дом своего отца.Затем они побежали, ворвались в гостиную и обняли отца за шею.У этого человека не было счастливого часа с тех пор, как он бросил детей в лесу; что касается его жена, она умерла … Гретель встряхнула свой фартук, так что жемчуг и драгоценные камни запрыгали в гостиной, и Гензель тоже выбрасывал одну горсть за другой из карманов.

Тогда всем их заботам пришел конец, и они жили вместе в чистой радости. Моя история сделана. Смотрите, как бежит мышь. А кто его поймает, может сделать из него большой пушистый капюшон.

Крошки со стола Детская проповедь

У вас есть собака? Чем вы кормите свою собаку? Консервы для собак? Сухой корм для собак? Вы когда-нибудь кормили его объедками со стола? Большинство ветеринаров говорят, что вы не должны кормить собаку отходами со стола. Почему? Говорят, что обрезки стола не предназначены для собак и могут не дать собаке того, что ей нужно.Это может быть правдой, но просто попробуйте убедить в этом свою собаку, пока она сидит за столом и смотрит, как вы наслаждаетесь сочным стейком. Может быть, еда была предназначена не для него, но это не мешает ему сидеть за столом, выпрашивать крошку, надеясь, что хотя бы один маленький кусочек может упасть для него на пол. Запомните эту картину, когда будете сегодня слушать наш библейский урок.

Когда Иисус пришел на землю, он сначала пришел проповедовать и учить евреев. Это не значит, что Он не любил других людей мира, но первоочередной задачей его служения на земле было привести избранных Бога к покаянию.

Когда другие люди видели, как Иисус исцеляет больных и хромых, они следовали за ним, куда бы он ни шел. Однажды к Иисусу пришла женщина из Ханаана и попросила его исцелить ее дочь. Иисус объяснил женщине, что его первой миссией на земле было проповедовать народу Израиля.

Женщина отказалась сдаваться. Она подошла ближе, опустилась на колени и умоляла: «Пожалуйста, помоги мне, Господь!»

Иисус ответил: «Неправильно отнимать пищу у детей и кормить ею собак.

Женщина ответила Иисусу и сказала: «Господи, это правда, но даже собаки получают крошки, которые падают со стола своего хозяина».

Иисус был так тронут верой той женщины, что сказал ей, что из-за нее веры, ее дочь будет исцелена.

Хотя Иисус был первым к еврею, он любил нас так сильно, что поделился своей любовью со всеми нами. Я думаю, мы немного похожи на собаку — даже несмотря на то, что еда не был подготовлен специально для нас, это не мешает нам наслаждаться этим.Мы с радостью сидим у ног нашего Учителя и с благодарностью принимаем крошки, которые могут упасть со стола.

Дорогой Отец, спасибо, что любишь нас так сильно, что ты поделился своим Сыном со всем миром, чтобы через него мы могли спастись. Мы молимся во имя Иисуса. Аминь.

, о ком я думаю, когда пишу… Вероятно, это вы: список вопросов, которые нужно задать себе об аудитории, когда вы пишете

Колумнисты

Мне действительно сложно написать книгу с картинками, не представляя ее аудитории.В чьих руках окажется законченная книга? Что заставит их это поднять? Они сочтут мою историю удовлетворительной? Для меня написание рассказа, не имея в виду аудиторию, похоже на поездку без пункта назначения — это не приносит особого удовлетворения водителю или пассажиру, если вы оба не любите шоссе.

Когда я впервые начал писать эту колонку, я подумал обо всем, что хотел сказать, и начал писать тематическое исследование для моей последней рукописи, которое включало кучу случайных деталей и отрывков.Это было так снисходительно. Фу. К счастью, в конце концов мне пришло в голову, что никому не было бы никакого интереса читать о моем процессе , кроме, ну, ну, ну, я. Дорогой читатель, в глубине души я знаю, что тебе просто интересно своих историй! И достаточно справедливо!

Итак, я решил, что для меня будет наиболее полезным поделиться списком вопросов, которые я задаю себе, а также соображениями, которые я делаю, когда пишу книжки с картинками. (Внимание: я пытался описать их в каком-то порядке, но давайте будем честными — мой процесс написания определенно не является линейным.По большей части это массовый хаос!) Давайте нырнем!

1) Когда я впервые сажусь писать книгу с картинками, я пытаюсь думать о том, что я хочу сказать. Я могу представить себе всех этих персонажей и сюжетные точки, но мне нравится знать, что я в конечном итоге пытаюсь что-то сказать (что-нибудь?), Используя всех этих персонажей и сюжетные точки.

2) Обратите внимание: когда я говорю, что пытаюсь что-то сказать, я не пытаюсь преподать урок.(Сколько раз вы когда-либо читали рассказ и думали: «Ооо! Супер привлекательные персонажи, но не хватило уроков!»)

3) В конечном итоге вы хотите, чтобы ваша аудитория что-то почувствовала, а ваша аудитория хочет этого что-то почувствовать. Это, вероятно, звучит очень глупо, но если вы хотите сказать что-то значимое о человеческом состоянии, вы — золотой!

4) Затем я пытаюсь представить себе человека, которому будет небезразлично то, что я пытаюсь сказать. Обычно это одна аудитория.И хотя я пишу для детей, эта аудитория часто бывает взрослой. Я имею в виду, кто в конечном итоге будет читать книжку с картинками детям? Родитель, учитель или библиотекарь. Привратники! И это не значит, что меня не волнует, что дети думают о моих рассказах — я забочусь о них больше всего! Я начинаю беспокоиться о них чуть позже. Кроме того, все взрослые когда-то были детьми, верно? Правильно?

5) Когда я думаю об этой Одной Одной Аудитории, я стараюсь быть действительно конкретным.Обычно я выбираю кого-то, кого хорошо знаю, например друга или члена семьи. Этим человеком я мог бы даже посвятить рассказ, если он будет опубликован. Какие истории им нравятся? Знаю ли я, какие фильмы и телешоу они смотрят? Кто их любимые персонажи? Какие истории они действительно могли бы использовать прямо сейчас, чтобы развлечь, успокоить или просто порадовать их?

6) Затем я пытаюсь представить себе более широкую аудиторию: мою большую аудиторию. Как я могу немного смягчить специфику моей Одной Аудитории, чтобы моя книга понравилась, ну, более чем одному человеку? Обычно именно здесь я начинаю думать о том, какие дети могут найти мою историю привлекательной.

7) Что будут искать дети в рассказе, отличном от рассказа взрослых? Как сделать то, что я пытаюсь сказать, доступным для детей? Что заставит их задуматься о моей истории? И как я могу сказать это так, чтобы они были эмоционально релевантными и удовлетворяли их?

8) Затем я бросаю вызов самому себе, чтобы сделать что-то новое в моей истории. Что они видели раньше, учитывая мою аудиторию одного человека и мою аудиторию в целом? Что я могу сделать, чтобы мой рассказ не походил на все, что они когда-либо читали?

9) Наконец, что я хочу, чтобы моя аудитория чувствовала себя после того, как прочитала рассказ? С какими идеями или эмоциями я хочу, чтобы они ушли?

10) И затем я смешиваю все эти ответы вместе в надежде, что из этого выйдет что-то интересное!

И все! Но не совсем — есть миллион других вопросов, которые вы должны задать себе, когда пишете о развитии персонажа, атмосфере, повествовании и многом другом! Тем не менее, учитывая, что обе наши концентрации внимания, вероятно, скомпрометированы из-за слишком большого количества экранного времени, я думаю, что мне следует закончить эту колонку здесь и позволить вам писать!

Мнения, выраженные обозревателями Open Book, принадлежат авторам и не обязательно отражают взгляды Open Book.